Предыдущая часть: Фрося - кузнецы
Надев свою футболку, шортики и босоножки, Рака с утра поехала на обувную фабрику, где устанавливалось новое оборудование. Как и решила, Рака похвалила обувщиков за удобные босоножки, взяла себе на пробу ботинки, и сразу надела их. Рака сама включилась в работу по установке и наладке оборудования, и показала умения, чем вызвала к себе ещё большее уважение работников. Таская эти станки, Рака разделась догола, и работницы, визжа от радости, разделись вслед за ней.
— Правильно, девки — на хер париться! — смеялась Рака.
Развеселившись, Рака сделала несколько гимнастических стоек и переворотов, чем восхитила работников. Рака и её работники, веселясь, быстро расставили, подключили, наладили и опробовали новое оборудование; работники принялись его использовать, и Рака поучилась этому, задавала вопросы, а чуть позже сама немного поработала, вновь проявив ловкость. В обеденный перерыв она получше рассмотрела выпускаемую продукцию и внесла некоторые изменения в модели; себя просила называть по кличке и на «ты». Рака отработала со своими работниками до конца смены, стараясь опережать их в работе, которую она быстро освоила, а когда рабочий день закончился, показала, на что она способна в танце. Закончив веселье, Рака вновь надела свою футболку и шортики и поехала в «общину».
Валя давала ученице урок работы на станках; изучали работу токаря и фрезеровщицы; девушка оказалась способной к такой работе. В конце урока Валя порекомендовала ей купить неисправный трактор, чтобы потом изготовить для него детали и починить. Девушка знала о клубе трактористов-любителей и хотела бы в него вступить, и она согласилась с предложением Вали, а Валя обещала ей помочь, купить для неё подходящий для обучения трактор.
Золушка снова работала и ела наравне с батраками, снова каялась перед ними на коленях, вернулась домой усталая и довольная.
Рака тоже вернулась с фабрики радостной, рассказала о том, какой прикол она устроила и как она там отработала; Золушка рассказала свою историю.
— Я завтра опять на обувную фабрику пойду, опять там прикол отмочу, а потом поработаю на других фабриках, и везде буду так веселиться! — радовалась Рака.
— Чёрт, а я как дура сижу здесь и скучаю, а у меня в автосервисе такие прикольные подружки, и работы там навалом, и клиенты интересные, — расстроилась Ната.
— Я бы, если бы не ученица, тоже попёрлась бы на стройку работать, показала бы всем, как надо работать! — сожалела Валя.
Подруги обсуждали этот вопрос до вечера; пришла Фрося со своей новой головой, которая получилась ещё лучше, и похвалилась ею подругам.
— Натка, хочешь, я сделаю для твоего завода подарочек — скульптуру?! — предложила Фрося, — «женщина с кувалдой»!
— А, хорошая идея! — заинтересовалась Ната.
— Только её надо поставить перед заводом, чтобы и прохожие видели. И ещё — я свою работу сделаю бесплатно, а ты её бесплатно отольёшь.
— Без проблем! — согласилась Ната.
— Могу даже тебя изобразить.
— Ой, ну, кому-то это может не понравиться, лучше Светку изобрази.
— Не надо, а то всякие мрази вандальские меня говном мазать будут, — отказалась Света.
— Ладно, фигуру сделаю, как у Наты, а голову — свою, — решила Фрося.
— Правильно! А твоя голова у тебя хорошо всегда выходит, — согласилась Ната.
— Извини, но и покойников я не плохо ваяю! А бюст Гитлера — разве плохо?
— Нет, Гитлер отличный получился, — согласилась Ната.
— А если — наоборот?! — улыбнулась Рака, — тело сделать хрупким, а кувалду — огромную?!
— Нет, женщина должна быть сильной! — возразила Света.
— Да, хватит с нас одуванчиков обморочных! — поддержала Валя.
— Нет, тело — как у Наты, а голова — моя.
— Фроська, а размер какой?
— Надо в натуральную величину, чтобы реалистично было, а кувалду чуть побольше, для большего эффекта, и ещё бы постамент в полтора метра.
— Постамент мы сделаем солидный, — пообещала Валя, — и установим статую.
— В общем, это памятник всем нам! — заметила Фрося.
— Надо только с Чукчей обсудить, чтобы снимать потом не пришлось, — заметила Валя, и сразу позвонила Чукче. — Сказал, чтоб не парились, и ставили, а все вопросы он снимет. Ему идея очень понравилась.
Проговорив до вечера, подруги разошлись по своим местам и легли спать.
Утром Фрося съездила на стройку, привезла два мешка качественного цемента и силикатный клей, сварила прочный каркас для статуи из арматуры, стальных пластин и труб. Позвонив на завод, выяснила, что бюст и барельеф готовы; быстро съездила за изделиями, отвезла их в похоронное бюро, взяла деньги, попросила немного подождать с заказами, вернулась, размешала часть цемента с клеем погуще и принялась лепить скульптуру, иногда прося Нату подходить и позировать. Ноги, таз и туловище Фрося вылепила до ужина, удивив всех такой быстротой. Сделав измерения частей тела Наты, Фрося сопоставила их со скульптурой, и погрешности были ничтожными, но, не удовлетворившись этим, Фрося нарастила скульптуре некоторые мускулы и сделала кисти рук чуть крупнее, чем они были у Наты.
Хотя фигура получилась мускулистой, с маленькими грудями, но и без головы было видно, что это женская фигура; тело было изображено очень реалистично.
— Блядь, я её за один день вылеплю! — крикнула Фрося, и продолжила работу
Фрося ловко «одела» скульптуру в спортивные трусы и футболку, и взялась лепить свою голову; работать со своей головой Фросе стало привычным, она вылепила её за полчаса и присобачила к скульптуре; размеры тела и головы соответствовали; выражение лица было исключительно волевым. Скульптура стояла с согнутой и поднятой на уровень плеча рукой, в которую потом, как флаг, будет вложена кувалда. Для прочности в этой руке и в ладони имелся усиленный каркас и стальная пластина, а прижатая к плечу часть руки соединялась с каркасом внутри туловища стальной полосой, и Фрося рассчитывала приварить впоследствии каркас от кувалды к пластине в ладони, чтобы и эта скульптура держала кувалду.
Оставив изделия твердеть, Фрося отправилась спать.
В этот же день Валя дала ученице очередной урок, а, пока девушка выполняла задание, Валя съездила на мотоцикле за трактором, выбрала подходящий — дешёвый, раздолбанный, еле двигающийся; купила к нему прицеп, плуг, борону, косилку, ковш и совок, положила все подвески в прицеп, туда же погрузила мотоцикл, и приехала еле-еле на тракторе в «общину», показала трактор девушке, взяла с неё в два раза дороже, чем стоил этот трактор. Увидев, что с предыдущим заданием девушка справилась, Валя начала её учить ремонту трактора по своей обычной методике, и занималась этим делом до семи часов вечера; девушка ушла довольной.
Золушка ела в этот день обычную пищу, не пресмыкалась перед батраками, но, одевшись в «мешковинку», говорила с ними на равных, работала на ферме, убирала дерьмо из свинарника и таскала комбикорм, и ей это понравилось.
Рака снова поехала на обувную фабрику, и когда она приехала, девки уже были голыми.
— Отлично, девчонки — славное начинание! — весело одобрила Рака и разделась догола.
Рака отработала на фабрике весь день, обгоняя в работе лучших работниц, устроила соревнование, и эти работницы старались работать лучше и быстрее. В обеденный перерыв много шутили и смеялись, а после окончания смены все девки устроили танцы. Одеваясь перед уходом, Рака заметила, что и эти ботинки не жмут, похвалила работниц.
Вернувшиеся с работы Рака и Золушка обменивались своими приятными впечатлениями, и Ната им завидовала, поскольку в этот день ей пришлось позировать и бездельничать.
— Ната, завтра можешь отправляться на работу, я всё сделала, что мне надо было, — обрадовала Фрося.
— Ну, наконец-то — на работу! Давно я машины не ремонтировала, засиделась в хозяйках!
В среду Фрося развела более жидкий цемент с клеем, смазала им для гладкости свою скульптуру, и оставила твердеть дальше, а сама любовалась на свою голову на этом теле, и немного завидовала Нате. Кувалду Фрося слепила отдельно; как и хотела, сделала её несколько больше обычной кувалды, но сильно облегчённой за счёт широкой трубы, хотя каркас легко бы удержал настоящую кувалду такого размера.
Насладившись своим произведением, Фрося поехала в похоронное бюро за заказом; получила очередной заказ на кресты, решётки и бюст. Вернувшись, взялась лепить бюст, и сделала его к обеду. К трём часам подошёл Рыжий; Фрося показала ему скульптуру, на что он отреагировал: «внушает!»; «кузнецы» принялись ковать кресты. Пока Фрося ковала, она снова убедилась, что каркас статуи достаточно прочный. «Кузнецы» работали до девяти часов вечера, и выполнили за шесть часов больше половины работы.
Тем временем Валя давала очередной урок по ремонту трактора ученице, которая в этот день выточила нужные детали для ремонта трактора и заменила ими изношенные детали. Мотор был ею разобран, прочищен и собран в предыдущий день, и до полного окончания ремонта оставалось половина следующего урока. Валя намеревалась разобрать с ученицей подвески к трактору, заварить кузов, на что ушло бы ещё два хорошо оплачиваемых занятия.
Рака снова работала на обувной фабрике и прикалывалась со своими работницами. Золушка отработала с батраками на ферме, и вела себя так, что батракам казалось, будто её подменили, и они молились, чтобы Золушка оставалась такой. Ната с удовольствием отработала полную смену в автосервисе и отремонтировала три автомобиля.
В четверг Вале позвонили «велосипедисты», которые только теперь повернули в обратную сторону — к «общине».
До прихода Рыжего Фрося успела сделать форму с бюста, а когда Рыжий пришёл, «кузнецы» продолжили выполнение заказа. В обеденный перерыв Фрося отвезла на завод форму для литья, купила большой шматок сырого мяса и съела его вместе со Светой, после чего продолжила работу; к семи часам вечера заказ был готов. Поскольку Фрося делала формы здесь же, у неё накопилось большое количество скульптур, и она решила поговорить с «похоронщиками» о продаже этих бюстов родственникам покойных.
Валя дала очередной урок ученице. Золушка ещё раз с удовольствием отработала на ферме, Рака — на обувной фабрике, а Ната — в автосервисе, в результате чего эти предприятия стали работать лучше, а хозяйки перестали скучать от безделья.
Вечером посмотреть на скульптуру приезжали Чукча и дама из управления культуры; на радость Фросе, эта дама расхвалила её произведение, которое очень понравилось и Чукче. Дама отметила подзабытую реалистичность скульптуры и её актуальность. Посмотрев другие изделия Фроси, чиновница заказала отлить собственный бюст и даже захотела попозировать. Фрося за полтора часа сделала скульптуру, несколько приукрашавшую чиновницу, и эта дама, хорошо заплатив Фросе за работу, осталась очень довольной. Хотя Фрося и предлагала свой монумент в качестве дара, Чукча намеревался ей заплатить за него, на что у Чукчи были свои причины. В этот же вечер Фрося сделала форму для бюста чиновницы.
В пятницу Фрося узнала, что бюст для похоронного бюро отлит, и поехала за ним на завод, прихватив форму для бюста чиновницы. Заказав литьё, Фрося вернулась в «общину», взяла кресты и оградки и поехала в похоронное бюро; там она поговорила о возможности продажи исходных скульптур родственникам покойных; «похоронщики» предложили Фросе продать им все бюсты подешевле, назвали цену, и это предложение Фросю устроило. Фрося получила заказ на пять гранитных табличек с именами усопших. Возвращаясь из похоронного бюро, Фрося заехала в магазин, где продавались мраморные и гранитные доски и прочие принадлежности для художеств, купила эти доски, купила краски, гипс, алебастр и прочие материалы, заехала к приёмщику металла, взяла отобранные для неё железки. Приехав в «общину», занялась досками, и до часа ночи выполнила этот несложный для неё заказ.
Ученица Вали закончила под её руководством ремонт своего трактора и уже разобрала, изучила, и вновь собрала подвеску для трактора — гидравлический ковш. Её желание выполнить свою большую программу только усилилось.
Золушка, Рака и Ната отработали на своих предприятиях. Золушка и Рака ещё больше сблизились со своими работниками. Проспав несколько ночей на кованой кровати с каменной подушкой, Золушка испытывала глубинное удовольствие; она снова ела с батраками в столовой еду из комбикорма и рассказывала им о своей жизни.
Рабочая неделя заканчивалась, и для подруг наступали скучнейшие выходные дни, в которые они снова будут мучиться от безделья. Чтобы так не мучиться, Рака, Киса и Фрося решили ехать на выходные в Москву за новыми идеями; Золушка имела возможность потрудиться на ферме; у Вали была её ученица, которая не хотела бездельничать в выходные, а хотела получить ещё два урока, закончить ремонт всех подвесок и поездить на тракторе; Люся собиралась произвести большую стирку и уборку, и привлечь к этому детей; Морда и Света хотели много тренироваться; Ната, Фишка и Аза решили поработать в автосервисе; только Найда и Лида намеревались с удовольствием отдыхать в эти выходные.
«Розовые» вернулись во вторник к полудню. Рака сразу поехала на швейную фабрику, чтобы передать новые идеи и поработать. Приехала на фабрику во время обеда. Столовой на фабрике не было, работники просто покупали еду в магазине, варили кофе и ели в небольшом помещении. Купив сырое мясо, Рака разделась, предложив то же сделать всем желающим, и в желающих оказались почти все работницы, а чуть позже разделись те, кто не разделся сразу; она предложила работницам называть себя по кличке и обращаться на «ты», и принялась есть купленное мясо, угощая им желающих.
Когда обед закончился, Рака стала показывать свои эскизы, делала выкройки, сама сшила по выкройкам платье, и так продолжалось до конца рабочего дня, после чего Рака и здесь устроила танцы, подняв всем настроение. До конца недели Рака намеревалась работать на швейной фабрике, что обрадовало работниц.
Фрося увидела, что скульптура затвердела и можно делать форму, и выяснила, что бюст чиновницы отлит. Перед обедом к Фросе пришла женщина, последней заказавшая каминную решётку; она обдумала предложения Фроси и заказала сделать свою каменную голову. Женщина решила позировать сама, хотя знала, что эта работа не быстрая. Взяв подходящий гранитный валун, Фрося принялась его обтёсывать, а женщина с интересом наблюдала за её работой. У Фроси с самого начала были способности, а теперь имелся некоторый навык, и работа шла быстрее, чем в первый раз. Спустя час от начала работы камень стал походить на человеческую голову, спустя ещё два часа стало видно, что это голова заказчицы, а ещё через полтора часа работа была завершена, изделие было отшлифовано, и довольная заказчица получила свою голову, а Фрося — хорошие деньги. Фрося показала свои другие изделия: скульптуру, бюсты покойных, гипсовый бюст Гитлера, свой бюст из дерева, рассказала о кованой кровати для Золушки, о каменной подушке; женщину заинтересовали дверные ручки в виде фаллосов и такая же «эмблема» для автомобиля, и она заказала четыре ручки и одну «эмблему», заметив, что «эмблема» должна быть 25 сантиметров и толстенькой. Поужинав, Фрося преступила к работе, и к одиннадцати часам вечера выполнила этот заказ, о чём известила заказчицу по телефону. Фаллосы выглядели очень реалистично, как и другие работы Фроси; она не просто выточила цилиндры на станке, но поработала дополнительно с помощью молотка, зубила, ножовки, напильника, так, что фаллосы были рельефными, с изображением жилок — намного совершеннее, чем фаллосы на машине и мопеде самой Фроси.
— Ой, Фроська, так и хочется его засунуть! — радовалась Рака.
— Мне тоже! — сказала Фрося и засунула себе большой фаллос во влагалище.
Раке, Свете и Кисе достались фаллосы поменьше; подружки мастурбировали, целуя и лаская друг друга до двух часов ночи, после чего собрались в одну кучу и уснули.
Утром приехала заказчица; Фрося забрала у подруг фаллосы, промыла их, вытерла и отдала заказчице; заказчицу изделия привели в восторг, и она тоже испытала желание засунуть себе во влагалище. Она попросила Фросю привинтить толстый фаллос к капоту своей машины, и Фрося справилась с этой работой за десять минут. Весёлая заказчица поцеловала этот фаллос, облизала его и изобразила минет. Фрося получила хорошее вознаграждение, а заказчица обещала подумать над новыми заказами. «Розовые» заказали Фросе три больших фаллоса, а Фрося решила сделать такой фаллос для себя.
Скульптура была готова к снятию формы, но сделать это в «общине» было слишком сложно, и Фрося договорилась с Натой отвезти её на завод и сделать форму там. Чтобы не повредить скульптуру во время перевозки, пришлось в грузовик Фроси насыпать достаточно песка. Ната, Валя и Света осторожно погрузили скульптуру на машину, и Фрося медленно, с включёнными фарами и в сопровождении эскорта подруг и машины ГИБДД, повезла её на завод, где статую так же осторожно вынули и отнесли в формовочный цех.
Только перед снятием формы привезённую отдельно кувалду вложили в руку статуи. Фрося не могла в одиночку снять форму, и штатные формовщики оказали ей помощь. Поскольку Фрося боялась разрушения исходного монумента, Ната обещала отлить для неё вторую копию бесплатно, хотя, видя прежде каркас, была уверена, что скульптура очень прочная, и Лида, с которой консультировалась Фрося, была такого же мнения. По просьбе администрации монумент должен был быть отлит из нержавеющей стали, и Фросе эта идея показалась очень правильной — сталь лучше соответствовала духу этого монумента, чем бронза.
Когда форма была снята, статую на всякий случай оставили на заводе, а Фрося, взяв бюст чиновницы, вернулась в «общину», где, известив чиновницу о выполнении заказа, начала делать фаллосы для подруг; после ужина она вручила довольным подругам готовые изделия, получила деньги, и принялась развлекаться с Ракой, Светой и Кисой перед другими подругами; Ната и Морда не смогли спокойно смотреть на это, и присоединились к «розовым».
Когда-то изготовленные «розовыми» деревянные фаллосы давно изгрязнились, и Ната, Морда, Валя и Аза тоже заказали Фросе такие игрушки.
В четверг Фрося съездила в похоронное бюро, отвезла таблички и исходные скульптуры умерших, получила деньги, и заказ на пять табличек, один бюст и один барельеф.
Эту работу Фрося выполнила за один день, а, кроме того, выполнила к вечеру заказ подруг на фаллосы, нисколько не хуже чем предыдущие заказы. К вечеру скульптуры застыли, и Фрося сделала с них формы.
Перед этим, вернувшись с завода, Ната известила Фросю, что отливка первого монумента прошла хорошо, металл застыл нормально, форма сохранилась, и завтра будет отлита копия для Фроси; Фрося сказала, что монумент полировать до блеска не следует, что она сама зачистит изделия и доведёт их до кондиции; Ната успокоила Фросю, сообщив, что пока к монументу никто не прикасался.
Взяв за основу тело Наты, Фрося, нарастив некоторые мышцы, немного идеализировала фигуру, что заметила Ната:
— Глядя на этот монумент, я поняла, что мне ещё надо сделать со своим телом.
Ната заказала Фросе сделать уменьшенный вариант этой статуи, но без кувалды; она хотела попытаться подсунуть его организаторам конкурса по бодибилдингу в качестве символа конкурса и награды победительницам, поскольку они до сих пор не выбрали подходящего символа и ограничивались грамотами; Фрося согласилась.
За время, прошедшее с 2000 года, Ната сделала ещё несколько изобретений; это были различные «примочки» для двигателей, улучшающие его работу; Ната предложила подругам опробовать последнее изобретение; Валя брала на пробу для машин своих предприятий по пять таких изделий, по одному изделию для собственных машин брали Рака и Фрося, сама Ната уже поставила по одному изделию на Член, «ЗИМ» и грузовик «ЗИЛ», и была довольна его работой — мощность двигателя заметно увеличивалась при снижении расхода топлива и улучшении выхлопа. В скором времени Ната намеревалась запатентовать изделие и получить разрешение на серийный выпуск. Надо заметить, что сотрудничество Наты и ГИБДД продолжалось: всех, кто не прошёл техосмотр, или попал в аварию, Свистун и его подручные направляли в автосервис Наты, за что имели комиссионные. Влечение Свистуна к Нате не пропало, и они частенько занимались любовью. Родной отец Наты много пил, что снижало интерес к нему; он батрачил у Золушки, и Ната предлагала ему вернуться на завод, откуда он уволился во времена упадка, и он раздумывал над этим предложением. Многие рабочие, уволившиеся тогда с завода и ставшие батраками, возвращались на завод.
В этот же день ученица Вали, уже доведя трактор и подвески до наилучшего состояния, взяла у Вали урок работы на тракторе, как всегда — на карьере, где она училась ездить и использовать ковш и совок трактора. От работы на тракторе ученица была в восторге. Валя соблазняла её на продолжение занятий, показывая другую свою технику: огромный бульдозер, мощный экскаватор и трактор «Кировец». Заголовок вскоре начинала уборку пшеницы, и Валя намеревалась поучить работе на комбайне эту ученицу и тех учениц, которые в прошлом году не успели этого сделать, а затем решить с Заголовком вопрос о продаже этого комбайна. Заголовок знала, что комбайн, купленный у Вали, будет намного надёжнее, чем любой другой, даже если он будет куплен на заводе.
Надев «мешковинку», Золушка с утра объездила свои поля на мопеде, посетила свои перерабатывающие цеха, сделала замечания в значительно более мягкой форме, чем делала прежде, приехала на ферму, пообедала в столовой, и занялась уборкой свинарника, а потом снова таскала комбикорм и раздавала скотине. С фермы Золушка вернулась в девять часов вечера; поговорив с Натой, согласилась взять десять её «примочек» для машин фермы. До одиннадцати вечера Золушка ухаживала за свиньями и кроликами, находящимися в «общине», ещё два часа лежала голой на голом железе кровати, и уснула.
В пятницу с утра Фрося приехала с Натой на завод, отдала готовые формы литейщикам, ?посмотрела на свой монумент, и, попросив выделить ей двух хороших работников, взялась доводить его до кондиции; Ната дала ей самых лучших работниц — Жучку и Дуньку.
С Жучкой Фрося была уже знакома, теперь познакомилась и с Дуней; Фрося объяснила девушкам, что нужно делать, показала, как, а сама взялась за самую тонкую работу — выведению мелких черт, которые были пока несколько смазанными. Дунька и Жучка убирали явные дефекты, связанные с литьём, но полировать статую до блеска Фрося не хотела, решив сделать матовой. К обеду Фрося решила, что со статуей больше ничего делать не надо, и позвала Нату. Ната сообщила, что только что была отлита вторая статуя, которая в данный момент застывала, и, посмотрев на готовую статую, заметила, что она выглядит отлично, и Фрося не только Зурику, но и Мухиной нос утёрла, что даже Сталин и Гитлер были бы в восторге от неё.
— А к моей голове подошло бы такое тело! — сказала Фрося.
— Займись, Фроська, тем более что ты ковкой занимаешься. У тебя уже тело стало лучше, чем было, когда ты только приехала. А я тебе советами помогу. Как ты хорошо мышцы изобразила! И я обязательно достигну этого совершенства, и стану лучшей в бодибилдинге.
— Но это стольких трудов стоит, так долго надо заниматься, что мне страшно за это браться. Я итак гантелями упражняюсь, чтобы правая рука не стала больше левой.
— Кстати, ты правой рукой махаешь, а в левой тренируй силу, и про ноги, про спину, про живот не забывай, — посоветовала Ната, и предложила о подробностях спросить у Светы.
Пока вторая статуя застывала, цементную скульптуру так же аккуратно погрузили на машину Фроси, в кузове которой оставался песок, и так же аккуратно Фрося довезла её до «общины», выгрузила с помощью Светы и Вали.
— Эта статуя чёрта выдержит, и этот цемент не будет осыпаться — я же его знаю, тем более что у тебя он с клеем, — сказала Валя.
Поскоблив пятку статуи, Фрося убедилась в прочности цемента, а каркас, действительно, был отличный. Эта серая скульптура смотрелась не хуже отлитой, и Фрося считала, что её тоже надо оставить такой, и ничем не покрывать, не белить. Фрося взялась приваривать кувалду к руке. Кувалда с трубой внутри весила намного меньше настоящей, и сварка должна была её крепко держать, тем более что сваривались не прутья арматуры, а достаточно широкие стальные пластины. Приварив кувалду к руке, Фрося зачистила цемент вокруг места сварки и снова убедилась в том, что скоблить его не так уж просто. Небольшой фрагмент оголённого металла Фрося замазала тонким слоем жидкого цемента с клеем, и убедилась, что металл незаметен. Ставить эту скульптуру было некуда, и Фрося оставила её в лежачем положении.
Фрося спросила у Светы об упражнениях, о которых она говорила с Натой; Света объяснила, что надо делать, и Фрося решила потренироваться до ужина под руководством Светы.
К ужину с фабрики вернулась Рака, с завода — Ната и «ремонтники», со стройки — Лида и Найда; Золушка всё ещё работала на ферме и ужинать собиралась в столовой.
Ната привезла для Фроси готовые «кладбищенские» заказы и сообщила, что после того, как Фрося уехала с завода, на её работу приезжали посмотреть Чукча, «культурная дама» и архитектор; что чиновники были очень довольны монументом. Фрося поужинала сырым мясом, как и многие подруги, а на десерт съела двух мышей.
— Фроська, давай с тобой башмак выкуем, чтобы на обувной фабрике повесить, — предложила Рака.
— Кстати, я бы попробовала настоящие туфли выковать, — сказала Фрося.
— Вот, как раз — туфельки для Золушки! — обрадовалась Рака.
— Да, и подошву сделать толстую, чтобы тяжелее были, и шпильку повыше, — смеялась Фрося. — Думаю, хрустальные туфли были не удобнее железных.
— Золушка придёт, мы ей предложим!
Рака и Фрося взялись ковать сапожок для фабрики; работа была намного проще, чем ковка решёток, и к девяти часам вечера подруги с ней справились.
Фрося, Рака, Морда, Валя, Ната и дети сбегали на речку, поплавали, бегом вернулись обратно. Поскольку вода в реке была не холодной, подруги поливались из шланга, потом тренировались.
— Фрося, возьми арматуру в сорок сантиметров, и пытайся согнуть, даже если не получится, а когда, наконец, сможешь её гнуть, свари два прута, а потом — три, — предложила Света.
Отрезав кусок арматуры, Фрося принялась его гнуть; пока у неё не получалось, но Света обещала, что получится, что будет гнуть и два, и три прута, если не бросит эти попытки. Потом Света посоветовала взять арматуру иначе, и снова пытаться гнуть. Фрося делала это упражнение двадцать минуть, прикладывая всю силу.
Закончив упражнение, Фрося принялась лепить статуэтку, заказанную Натой; Фрося делала эту статуэтку высотой в сорок сантиметров, с телом Наты и со своей головой, и к полуночи статуэтка со всеми мелкими чертами была готова. Эта обнажённая женская фигурка демонстрировала развитые мускулы и стояла в соответствующей позе; Фрося очень тщательно выделила каждый мускул на теле, тщательно вывела черты своего лица со всеми его особенностями, и позвала Нату.
— Фроська, просто отлично! Они последними мудаками будут, если не согласятся на это предложение! — восхищалась Ната.
— Натка, если пойдёт в тираж — мне долю, как автору!
— Конечно, Фроська, только особого тиража не получится — им нужно в год четыре штуки, по весовым категориям, но платить хорошо должны.
— Натка, а завтра я смогу вторую статую отделать?
— Конечно, я пришлю тебе Жучку и Дуньку, они работящие, хныкать не будут.
Ната сразу позвонила Жучке и Дуньке, чтобы они вышли в субботу на работу.
Закончив лепку, Фрося ещё потренировалась с арматурой.
— Фроська, лучше выкуй себе подкову, и гни, — предложила Ната.
— Да уж, арматурину бы сперва согнуть.
— Согнёшь, и подковы гнуть будешь.
— А подкову я тебе сделаю, ты и гни.
— Точно, сделай, а то подковы гнуть мне не приходилось. Сделай десяток, я заплачу.
Надо заметить, что доходы Фроси в этом месяце были не ниже, чем доходы других хозяек, и имели тенденцию к увеличению.
В десять часов вечера пришла уставшая и довольная Золушка; Фрося предложила ей сделать железные туфли, но Золушка пока предпочла оставаться босой, и пошла спать.
Этим же днём ученица Вали, научившись управлять трактором, упражнялась с автопогрузчиком, и после занятий погрузила свои станки на прицеп трактора и отвезла в свой коттедж, после чего, вернувшись, оставила у Вали свою машину, взяла автопогрузчик, поехала на нём к себе, и с его помощью и с помощью прислуги выгрузила станки; вернув Вале автопогрузчик, уехала на своей машине, а вечером позвонила, и радостно сообщила, что подключила станки, и они работают, а Валя сразу же заметила, что очень удобно пользоваться рациями, и она может научить их делать.
Снова наступили скучные выходные дни. Несмотря на то, что Ната теперь работала с подругами, в автосервисе работы было очень много, и «ремонтники» во главе с Натой решили поработать. Валя воспользовалась подготовкой хозяйств к уборке, и тоже решила подзаработать, заодно поучить ученицу и присмотреться к ненужной хозяйствам технике, хотя после уборки «лишней» техники было особенно много; клиент находился в этом же районе, и это была захудалая ферма с множеством поломанной техники, частью которой, за неимением денег, хозяева могли расплатиться. Валя согласилась отремонтировать шесть единиц техники за один здоровый трактор, являвшийся современным более мощным аналогом «Кировца», и за один сильно устаревший гусеничный трактор, каких уже почти не осталось. Прошлогодние ученицы согласились помочь, при условии, что это не будет считаться уроком, и Валя, которой их помощь была кстати, согласилась с этим условием. Последняя ученица ходила в купальнике, как большинство подруг, и ездила на «Вольво», в таком же виде приехали на своих тракторах две прошлогодние ученицы, ещё три приехали в «мешковинках», одна — на тракторе, вторая — на «Мерседесе», третья — на «Джипе». Подумав, Валя надела купальник и поехала на мотоцикле; эта весёлая компания приехала в отсталое хозяйство, и принялась ремонтировать технику.
Увидев гигантский трактор, бывшие ученицы оставили его напоследок, и согласились заплатить за урок по его ремонту; напоследок Валя оставила и устаревший трактор. Прошлогодние ученицы взялись за ремонт другой техники, а последнюю ученицу Валя учила на примере грузовика; урок длился до восьми часов вечера, и четыре единицы техники были основательно отремонтированы в первый же день, два комбайна были наполовину отремонтированы, и с их ремонтом Валя собиралась ознакомить новую ученицу в следующий день.
Тем временем Фрося с Жучкой и Дунькой обрабатывали второй монумент, точно так же, как и первый, и отделку произвели до обеда, как и в предыдущий раз. Оставив одну стальную статую на заводе, вторую Фрося осторожно погрузила с помощью Наты, Жучки, Дуньки и автопогрузчика на свой грузовик, отвезла в «общину», и выгрузила с помощью Светы, Раки и автопогрузчика Вали.
После обеда в «общину» приехали Чинарики и «культурная дама», которая, взяв свой бюст, поблагодарила Фросю и хорошо ей заплатила. Посмотрев на монумент, похвалив Фросю, Чукча сказал, что, поскольку в ближайшем времени других знаменательных дат не нашлось, статую решили открыть первого сентября, утром, в присутствии школьников, рабочих, прессы, представителей районной и областной администраций, а спустя месяц Фросе, скорее всего, будет назначена профессиональная премия с хорошей денежной составляющей, что и станет обещанной прежде платой.
К первому сентября строители должны будут соорудить постамент на площади напротив завода, и закрепить на нём статую. Фрося предложила, чтобы на постаменте рядом с монументом стояла настоящая наковальня с выкованной звездой, которую она вскоре и выкует, и Чурка сразу же поддержал эту идею:
— Разумеется, раз есть кувалда, то должно быть и то, по чему ей бить, и результат битья!
— Нет ничего прощё, чем поставить настоящую наковальню, — согласилась Ната.
— Да, а звезда, как символ мечты, — пояснила Фрося, — это счастье, которое мы куём ?для себя.
— Прекрасная идея! — похвалила чиновница.
— Да, и к Фросе относится напрямую, — улыбнулась Чинка.
Вскоре подъехала Валя, выслушала последние решения и обещала сделать постамент, а Фрося, взяв бумагу и карандаш, тут же нарисовала, как он должен выглядеть.
— Справимся! — обещала Валя, — и сделаем так прочно, что ни один вандал не оторвёт!
— А если кто и оторвёт, мы ему яйца оторвём, или матку вырвем! — заявила Ната.
Побеседовав с подругами, Чукча и чиновница уехали, а Чинка и Чика позвали подруг кататься на мотоциклетах; Аза, Света, Рака, Ната, Валя, Золушка, Фишка, Морда и Фрося согласились, затем к «байкерам» присоединились Вика, Ляля и Зуля. «Байкеры» катались до полуночи, и легли спать на лугу. Золушка рассказывала, как хорошо ей работается на ферме, и какие там есть прикольные батраки; Рака рассказывала о своих фабричных работницах; Валя — о том, как она отхватила отличный трактор, и другой, который вот-вот станет раритетом; все хвалили Фросю. Золушка сказала, что, раз изобразили рабочую, то надо ?изобразить крестьянина.
— С бутылкой водки? — смеялась Рака.
— Нет, с серпом!
— Надо подумать, — сказала Фрося.
— Кстати, о школьной форме: мы им пока только крестьянскую одежду предлагаем, а надо в старших классах выбор дать между рабочей спецовкой и крестьянской одеждой, чтобы школьники определились, кем они станут.
— А инженерам? — спросила Валя.
— Какие тут инженеры?! Или рабочие, или крестьяне! Рабинович всем трояки выставил, чтобы не рыпались отсюда в институты, в город, драпать! И в этом году так будет! — заявила Чинка. — Нам же лучше!
— Дадут заказ — сошьём, хоть клоунские костюмы! — смеялась Рака.
— Нет, у школьниц спрашивали, и они все довольны новой формой.
— Да, и взрослые хорошо покупают эти модели! — отметила Рака, — цена на «мешковинку» до пятисот рублей дошла, а «крестьянки» тысячу двести стоят, а с вышивкой — три тысячи, и всё равно покупают!
— Я не смогу больше для батраков это заказывать! — сказала Золушка. — «Крестьянки» последние выдам осенью, и всё!
— Лохмотьями обойдутся! — засмеялась Чинка.
— Значит, и я в лохмотья буду одеваться! Мне так понравилось с ними общаться и работать! Как-нибудь в их бараке переночую.
— Да предложи ты им голяком ходить, или в купальниках! Мои девчонки быстро разделись, с удовольствием! — предложила Рака.
— Не то воспитание у крестьян, — вздохнула Золушка.
— Своим примером!
— Я уже пробовала, и ничего не вышло.
— Тогда, действительно, пусть в лохмотья наряжаются!
Вскоре подруги уснули, и проспали до двенадцати утра. Ната, Аза, Морда, Ляля и Зуля поехали работать в автосервис, где было много работы; они зазвали подработать Чику и Вику. Золушка поехала на ферму; Валя поехала к ученицам на задрипанную ферму; Чинка отправилась домой; Рака, Света и Фрося вернулись в «общину».
Ученицы Вали уже начали ремонт без неё, и отремонтировали за это время один комбайн, и почти отремонтировали старый трактор. Две ученицы продолжили возиться со старым трактором, а Валя, извинившись за опоздание, принялась учить новую ученицу ремонту почти отремонтированного комбайна, а остальных учеников — ремонту большого трактора; она бегала между ними, давала советы, помогала; её старым ученикам советы требовались редко, хотя эта техника была им не знакома, и они получали полный урок. Поскольку комбайн был почти отремонтирован, Валя обещала предоставить ученице возможность отремонтировать комбайн у Заголовка с самого начала. К четырём часам дня комбайн и старый гусеничный трактор были отремонтированы, и внимание всех учеников и Вали перешло на огромный колёсный трактор. С небольшими перерывами на обед и ужин урок длился до девяти часов вечера, и этот трактор ещё не был отремонтирован.
Света, Фрося и Рака, приехав в «общину», занялись тренировками. Закончив их, Фрося стала делать на форму для статуэтки, заказанной Натой, а Рака с Кисой снова изобретали модели. К двум часам дня форма была готова; Фрося пообедала сырым мясом и начала ковать звезду для монумента; к шести часам звезда была готова. Закончив ковку, Фрося обратила внимание на то, как лежит на наковальне звезда после последнего удара молотом, и поняла, что так она и должна лежать на наковальне монумента; держа молот, Фрося встала возле наковальни так, как должна стоять статуя, позвала Раку с «поляроидом», снова встала так, как стояла, и сфотографировалась.
— Иначе положение может оказаться неестественным, а это — реальное положение, каким оно должно быть! — пояснила Фрося. — А к наковальне надо и настоящие клещи приварить, как сейчас — ведь не руками же горячую железку она держала! Жаль, конечно, что настоящую кувалду нельзя было в руки вложить, хотя, наверное, и можно, но было бы ненадёжно.
— Кувалда и так настоящей кажется, даже кажется, что ей долго работали.
— А как же, я её с настоящей кувалды лепила, а потом на заводе доводила, чтобы казалась настоящей, и немного окалины на ней оставила, чтобы потемнее была.
— Ловко ты окалину использовала, — улыбнулась Рака.
— А представь, как мерзко бы смотрелась, если бы статую отполировали до блеска! Пыль немного осядет на неё, и ещё лучше будет смотреться.
Убрав звезду, Фрося принялась выполнять заказа Наты — ковала подковы, и к десяти часам вечера выковала десять подков, отдала их вернувшейся с автосервиса Нате, которая, заплатив деньги, начала их гнуть, и, к удивлению Фроси и самой Наты, они сгибались.
— Надо металл взять получше, — заметила Ната.
— Другого у меня нет. Дашь другую сталь, выкую.
— Да я лучше у себя на заводе сделаю, а то ты дорого берёшь! — усмехнулась Ната.
— Ручная работа, а не пресс какой-нибудь!
Взяв арматуру, Света завязала её в узел, то же повторили Ната и Валя.
— Вот, а я и согнуть её не могу! — заметила Фрося.
— Делай, как я советовала, и тоже сможешь, — обещала Света.
— Буду делать, если так.
В понедельник Валя с ученицами продолжила ремонт здорового трактора, а его прежние хозяева оформляли документы о продаже двух тракторов. Новая ученица уже неплохо разбиралась в этой технике, и почти не уступала прошлогодним ученицам, проявляла сильный интерес к этим знаниям. Трактор ремонтировали капитально, но, работая вместе, закончили ремонт к трём часам дня. Закончив оформление документов, Валя с помощью учениц отогнала трактора в «общину», и поставила их вместе с другой техникой, после чего на машине ученицы вернулась за своим мотоциклом. Пообедав, Валя на комбайне и ученицы поехали на ферму Заголовка, которая начала уборку пшеницы; Заголовок распределила учениц по комбайнёрам, а на комбайн Вали села с ней сама и принялась учить, и эту работу Валя быстро освоила. До позднего вечера Валя и ученицы получали этот урок, а Валя с Заголовком договорились о цене комбайна и о том, что Валя отремонтирует после окончания уборки ещё два комбайна, если комбайны не сломаются раньше. Заголовок заинтересовалась упадочным хозяйством, расположенным неподалёку от одного из её полей, и решила попытаться прибрать его к рукам, если Золушка не опередит её; у Золушки имелось преимущество, поскольку у Чинки была большая доля в её ферме, а захудалая ферма не находилось в ведении Главы.
Фрося передала свои соображения о добавлении в композицию клещей, и Чукча согласился без разговоров. Около полудня к Фросе пришёл мужчина, показал фотографию голой жены, попросил сделать статуэтку высотой в сорок сантиметров:
— Она должна стоять голая, на коленях, и умоляюще смотреть вверх, а во рту должно быть место, чтобы стряхивать туда пепел и плевать!
Фрося назначила цену, несколько выше, чем обычно, поскольку заказов стало много, и она стала популярной. Мужчина согласился без торгов и пожелал присутствовать.
Фрося взяла гипс и принялась лепить скульптуру, поглядывая на фотографию. Спустя час получилась требуемая фигурка; она ещё не была закончена, но мужчина уже чувствовал, что именно так она должна стоять, а Фрося продолжала работу, выводя более мелкие детали, и незадолго до завершения, она поставила скульптуру перед мужчиной.
— Да, именно так, умоляюще! — злорадствовал мужчина. — Ой, хорошо!
Фрося продолжила выводить подробности, включая брови, зубы, язык, лобок, половую щель, пряди волос и ногти на руках и ногах. Фрося выяснила у мужчины, что «кожа» должна быть отполирована, а мужчина согласился, что «волосы» полировать не надо. Мужчина пришёл в восторг и обещал надбавку; он оставил Фросе номер своего мобильного телефона, чтобы сообщила, когда статуэтка будет готова. Фрося сразу предложила изготовить кованые туфли на шпильке, мужчина заинтересовался, и Фрося назначила крутую цену; мужчина согласился и сообщил размер её обуви, и снова захотел присутствовать. Поскольку детали были невелики, а Фросе не хотелось делиться, она взялась за работу в одиночку. Фрося взяла железные пластины, обрезала их на станке, раскалила и принялась предавать форму изогнутой подошвы туфли, проделала то же и со второй пластиной, сложила их вместе, подогнала по форме одна к другой, выровняла на станке размер, замерила, подточила ещё немного и подобным образом взялась за верхнюю часть, украсив её цветочками, а потом и за каблуки, сделав их из отрезков арматуры. В подошвах проделала отверстия, края верхних элементов сузила, вставила в отверстия и расклепала; то же сделала и с каблуками. Перепроверив все соединения, подбила их так, что ни одна часть не болталась, включая десятисантиметровые каблуки; в конце работы она заточила каблуки, сделав острые шпильки.
— Вот, готово! Сделала без сварки, это впервые, и если будет шататься, я бесплатно приварю, так, что сварки видно не будет, — сказала Фрося.
— Да отлично! Попробую её заставить носить! А не будет — оставлю, как сувенир. Жаль, что моя жена — не кузнец, — сказал мужчина, дал Фросе оговоренную сумму и ушёл.
— Вот она ему эти каблучки в яйца воткнёт! — засмеялась Света.
— Да, они же как заточки, — согласилась Фрося, — круто, если такой туфелькой в грудь ударить. Однако оплатой я довольна!
Сев на свой мопед, Фрося съездила в магазин, купила полтора килограмма мяса для себя и Светы, и, вернувшись, разделила его с подругой. Наевшись, Фрося занялась тренировкой, в которую были включены силовые упражнения, и занималась ею два часа, до пяти часов вечера. Связавшись с похоронным агентством, выяснила, что есть работа, и поехала туда; получила заказ на кресты, решётки, таблички и два бюста. Фрося назначила более высокую цену, и «похоронщики» согласились. Приехав, она сразу принялась лепить бюсты; до девяти часов вечера вылепила оба бюста, и взялась за таблички. Эта часть работы была выполнена к половине первого ночи, и ещё двадцать минут Фрося потратила на изготовление формы стоящей на коленях женщины. Оставив бюсты твердеть, Фрося легла спать.
Для Золушки этот день прошёл так, как проходили последние дни; она работала на ферме, таскала комбикорм и кормила скотину, убирала свинарники, обедала и ужинала в батрацкой столовой, а на ночь осталась спать с батраками в бараке. Прежде, чем уснуть, Золушка травила анекдоты, шутила, болтала о жизни; общество батраков ей понравилось, так же, как Жучке и Мурке, спавших там же.
Рака отработала на трикотажной фабрике, где подружилась со своими работниками, предложила новые модели, подбила девок раздеться догола; в общем, вела себя так же, как на обувной и швейной фабриках. Работники были в восторге от хозяйки, а Рака намеревалась отработать там одну неделю, а потом поработать неделю на ткацкой фабрике, где уже имели представление о своей весёлой хозяйке. Рака отработала до конца смены, после чего устроила танцы и завела всех работниц; с фабрики Рака и работницы ушли в девять часов вечера. Приехав домой, Рака занялась тренировками, смотрела на работу Фроси, болтала с подругами.
Ната работала в автосервисе, походила по заводу, нашла полтора часа, чтобы посетить второй завод, и, вернувшись, продолжила ремонт машин.
Фрося с утра сделала формы на основе застывших скульптур, отвезла их на завод и заказала литьё. До обеда Фрося и Света ковали кресты вдвоём, затем пришёл Рыжий и присоединился к работе; три креста уже были выкованы, оставалось выковать десять решёток; «кузнецы» решили выполнить заказ за один день, и вместе с Фросей и Светой старался Рыжий. Быстро поужинав, они продолжили работу, и к одиннадцати часам вечера заказ был выполнен. Немного потренировавшись, Фрося легла с «розовыми» подругами на ковёр, в одну кучу, приласкалась, испытала оргазм, и уснула; проспала до десяти утра.
Ученицы Вали заканчивали уборку пшеницы уже самостоятельно; решили работать до конца, а высвободившиеся комбайнёры сели на грузовики и отвозили собранное зерно на просушку; к двум часам ночи весь урожай был собран. Уборку урожая ученицы решили отметить небольшим шабашем с костром и плясками, примерно так, как это делали язычники; шабаш длился до шести часов утра, и три ученицы, включая последнюю, остались ночевать вместе с Валей и Заголовком в поле, под комбайнами, и проспали до трёх часов дня. Всем участницам «шабаша» прошлый день и эта ночь очень понравились. Заголовок даром накормила курятиной и индюшатиной своих помощниц, а девушки взялись за ремонт двух комбайнов; старые ученицы просто практиковались, а новая платила за урок; Заголовок платила Вале за ремонт.
Проснувшись утром в бараке, Золушка вновь принялась за работу, не погоняя батраков, а, призывая хорошенько потрудиться. Поработав два часа наравне с батраками, она объехала поля, проверила другие предприятия, вернулась на ферму и продолжила там работу.
Пока Валя спала под комбайном, Фрося тренировалась, а потом бездельничала, ожидая, когда изделия будут отлиты — заинтересованная сама, Ната обещала, что к обеду всё будет отлито, но изделия должны были ещё остыть, и Фрося могла их забрать только после обеда. Фрося предупредила, чтобы статуэтку женщины и заказ Наты никак не обрабатывали; «могильные» заказы зачищали на заводе, как любые другие изделия, что было удобно Фросе, но если дело было ответственным, Фрося предпочитала сама заниматься обработкой.
Пока Фрося ждала отливки, к ней пришла ещё одна заказчица и заказала сорокасантиметровый фаллос, в торце которого должна быть дырка с нарезанной резьбой. Фрося назначила цену, женщина согласилась, и Фрося взялась за работу. Хоть фаллос и был большим, его изготовление не сильно отличалось от меньших фаллосов, которые Фрося уже делала. Выточив сначала цилиндр с головкой и ободочком, Фрося принялась обрабатывать его молотком, зубилом, напильником, ножовкой, шкуркой, так, что он приобрёл нужную форму и реалистичные прожилки, затем Фрося просверлила дырку, нарезала резьбу и отполировала изделие на станке. Всё это заняло около двух часов, и женщина, предупреждённая о таком сроке исполнения заказа, пришла через двадцать минут. Дама улыбнулась, сладострастно лизнула головку, потёрлась о фаллос щекой, засунула его себе между грудей, заплатила Фросе деньги и ушла.
Съев пятьсот грамм буженины, Фрося поехала на завод, взяла изделия, и принялась доводить статуэтку культуристки до совершенства, на что потратила около часа. Эта статуэтка была Фросей полностью отполирована, за исключением «волос»; то же Фрося проделала со статуэткой рабыни, снова уделив внимание малейшим чёрточкам, складочкам, ноготкам. Фрося сообщила заказчику, что изделие готово; заказчик обещал приехать через три часа. Фрося взяла «могильные» заказы и поехала к «похоронщикам»; сдав заказы, получила деньги и заказ на две таблички и один барельеф. На обратном пути заехала за материалами для художеств, купила то, что было ей нужно, приехала в «общину» и стала надписывать таблички. Только Фрося завершила эту работу, как приехал мужчина. Разглядывая статуэтку, довольный мужчина хмыкал и лыбился; заплатив, сколько обещал, мужчина уехал, а Фрося принялась лепить барельеф. Спустя два с половиной часа скульптура была готова; Фрося оставила её застывать, а сама занялась тренировками. Пока занималась, пришла женщина в её кованых туфлях, принесла фотографию своего мужа.
— Сделайте его с оленьими рогами, как чучело, чтобы на стенку вешать!
— Без проблем! А туфельки Вам нравятся?
— Да, они очень удобные и стильные! Скорее всего, к Вам ещё и мои подруги придут, они заинтересовались.
Эта женщина тоже захотела смотреть процесс создания скульптуры, и заплатить обещала на четверть больше, чем её муж. Фрося принялась лепить голову, снова уделила внимание мелким чертам; женщина пожелала, чтобы рот был страдальчески открыт, как у подстреленного оленя. Вылепив голову в натуральную величину на оленьей шее, как у соответствующих чучел, Фрося стала лепить рога; женщина пожелала, чтобы рога были поветвистее. Рога были вылеплены и прилеплены к голове; посмеявшись, женщина оставила свой телефон и ушла, а Фрося продолжила спортивную тренировку до ужина, и Света давала ей советы.
Фрося вручила Нате статуэтку; Ната осталась очень довольной, заплатила обещанное, и в ближайшее время хотела показать статуэтку устроителям соревнований. Фрося хотела купить у Наты кузнечную печь, и предлагала перенести вторую такую печь в ангар, поскольку зимой ковать в существующей кузнице будет неуютно; Рака и Валя согласились перенести вторую печь в ангар, а кирпичную печь пока оставить на прежнем месте.
Вернувшейся Раке Фрося рассказала прикол с женщиной и её заказом; Фрося удивила Раку тем, что кованые туфли показались женщине удобными; Рака посмеялась над скульптурой мужика с рогами, а сама рассказала о приколах на трикотажной фабрике. С работы Рака приехала в обтягивающих трикотажных штанах с густой бахромой на концах штанин и в укороченной футболке на узеньких лямках с собственным портретом на груди; для Светы, Кисы и Фроси Рака принесла мешок различной одежды. До ночи «розовые» мерили шмотки, занимались нежными ласками, испытывали оргазмы, и уснули после полуночи. Перед сном Фрося успела сделать формы со скульптур, чтобы утром отвезти их на завод.
Валя с ученицами к десяти часам вечера отремонтировали оба комбайна. Продав комбайн, Валя пока закончила дела у Заголовка. Уроки для старых учениц закончились; впереди была уборка второго урожая на ферме Золушки, и трактористы-любители вновь хотели устроить соревнования. Уроки последней ученицы продолжались, и ей надо было получше освоить трактор и различные насадки; ученица хотела принять участие в уборке второго урожая у Золушки.
Сама Золушка, усердно отработав на ферме весь день, снова легла спать с батраками.
Утром Фрося отвезла формы на завод и купила печь. Вернувшись в «общину», Фрося вместе с Валей и её ученицей занялись перемещением металлической печи в ангар и установкой там новой печи; до обеда труба была проведена, а обе печи были установлены рядом в ангаре и подключены к газовой трубе; кирпичную печь временно оставили на прежнем месте.
Отпустив ученицу, Валя с Фросей поехали в строительное управление, а затем — на площадку, где началось возведение пьедестала; работу хорошо контролировала Лида, и пьедестал, определённый Фросей, был почти готов — оставалась только отделка его вертикальных частей. Фрося решила, что эти части должны быть бетонными, что впоследствии можно будет исправить, если такой вид не будет устраивать общественность; такой же должна быть и горизонтальная плоскость пьедестала. В присутствии Фроси, показавшей фотографию, начался монтаж наковальни, к которой затем приварили настоящие кузнечные клещи и звезду, привезённую Фросей с собой, в точности так, как было на фотографии. Затем подъехали Чукча, «культурная дама» и ещё два чиновника; с завода вывезли статую, и начался её монтаж. Фрося указывала, как статую нужно расположить. Все элементы монумента были смонтированы к девяти часам вечера; по всеобщему мнению, монумент выглядел потрясающе. Теперь оставалось бетонирование плоскостей, ликвидация щелей, которые были нужны для того, чтобы приварить фрагменты к стальным рельсам внутри пьедестала, который уходил на пять метров под землю и имел там расширение. Оставалось повесить табличку, текст которой ещё не был написан и согласован, но наиболее подходящим и идеологически точным все считали высказывание Фроси: «Мы — кузнецы своего счастья». Этот текст чиновники на месте одобрили и утвердили, отметив, что и текст принадлежит автору, а Фрося предложила сделать табличку из нержавеющей стали, маленькую, неброскую, и имя автора поместить под этим текстом, чтобы выглядело цитатой; чиновники согласились, утвердили и уехали; рабочие начали прикрывать монумент дощатыми щитами.
В четверг утром большинство подруг уехало на работу, а Золушка снова ночевала в бараке. Уходя на работу, Ната сообщила, что литьё будет готово к обеду, а после обеда Фрося сможет его забрать.
В десять часов утра пришли две женщины, прежде заказавшие фаллосы, и заказали себе кованые туфли; Фрося сняла мерку, назначила цену, дамы согласились и ушли, а Фрося принялась за работу. К трём часам обе пары туфель были готовы; не надеясь на клёпку, в этих туфлях Фрося использовала сварку, и сделала всё, чтобы швы были незаметными. Известив заказчиц, что изделия готовы, Фрося предложила им придти через два часа, а сама поехала на завод за литьём, за пластиной для монумента и за другими болванками.
«Кладбищенский» барельеф устраивал Фросю, а над более дорогим заказом — рогатым мужиком, Фрося поработала дополнительно. Подчеркнув все мелкие детали образа, в части, примыкающей к стене, Фрося просверлила толстые дырки, нарезала резьбу, и привинтила две прочные петли, каждая из которых крепилась тремя винтами. Пока Фрося занималась этой работой, пришли заказчицы, померили туфли; для одной дамы Фросе пришлось немного подправить изделие молотком, после чего она удовлетворилась их удобством. Фрося сообщила, что каблуки она сделала менее острыми, и предложила их заточить, если нужно, но дамы отказались; заплатив обещанные деньги, дамы ушли. Фрося доделала «рогоносца» и известила заказчицу. Удивляясь заказчицам, Фрося принялась делать туфли для себя, и сделала через два часа, с тем отличием, что каблуки были прямоугольными, не острыми. Надев это изделие, Фрося подправила туфли молотком, и убедилась, что при большом желании носить их можно; походив в них двадцать минут, Фрося предпочла снять эту обувь.
Пришла заказчица «рогоносца»; увидев изделие, не могла удержаться от смеха. Заплатив Фросе и продолжая смеяться, дама заказала сорокасантиметровый фаллос за хорошую цену и ушла. К удивлению Фроси, дама и в этот раз пришла в железных туфлях. Фрося начала изготавливать фаллос, и к ужину сделала его; известила заказчицу, а сама начала гравировку пластины 20х30 сантиметров, так, как предложила чиновникам; кроме лозунга и своих имени и фамилии под ним, Фрося вывела год.
В девять вечера пришла Пепельница — жена Рогоносца, одетая в «мешковинку», в железных туфлях.
— Повесила! Явится с работы — будет ему сюрприз! — посмеялась дама, заплатила деньги и ушла с любовно прижатым к груди фаллосом.
У Фишки был такой же размер обуви, как и у Фроси, и Фишка попросила поносить железные туфли.
— Нормально и прикольно, я их покупаю!
Фишка заплатила деньги и взяла туфли себе.
— Поноси недельку, а потом нам расскажешь, — смеясь, сказала Рака.
— Твой новый эксперимент с обувью опять провалился? Твои обувщики тебе так и не угодили? — подкалывала Ната.
— Нет, обувь была очень удобной, только на фиг она мне нужна?! Будет зима — надену.
— Я тоже так считаю, — сказала Ната.
Лида сообщила, что пьедестал почти готов, а Фрося передала ей пластину.
Валя в этот день занималась с ученицей, учила её пользоваться косилкой и плугом, ездить на тракторе змейкой, насыпать ковшом трактора грунт в кузов самосвала, и ученица хорошо справлялась с этими задачами. Урок длился с девяти часов утра до восьми вечера.
Золушка, отработав на ферме с семи утра до полуночи, перенесла в три раза больше мешков, чем лучший из батраков; она снова питалась в столовой и легла спать в бараке.
На следующий день Рака и Киса уехали в Москву. Рака последний день отработала на трикотажной фабрике, и в понедельник начинала работать на ткацкой. «Ремонтники» решили работать в выходные; Вика и Чика снова присоединились к ним.
Фрося с утра тренировалась, а в десять часов поехала с изделиями в похоронную контору, и получила заказ на кресты, решётки, таблички и два бюста. В ожидании Рыжего, Фрося занялась табличками, и выполнила этот заказ к его приходу. Фрося, Света и Рыжий поставили цель выполнить заказ на ковку в этот день — сделать два креста и семь решёток. Рыжий ковал у кирпичной кузницы, а Света и Фрося — в ангаре; каждый ковал в одиночку, но работа шла быстрее. К пяти часам Рыжий выковал два креста, а Фрося и Света сделали три решётки.
— Всё, успеваем! — объявила Фрося.
Кузнецы взяли по решётке и продолжили работу.
Пришла девушка, принесла мешок советских монет, и заказала сделать из них топик до пупка; пояснив, что это трудоёмко, и заказов очень много, Фрося назвала крутую цену, но женщина согласилась заплатить. Фрося замерила и записала её размеры; предложила кованые туфли, назвала цену, и девушка согласилась; Фрося замерила её ноги.
— Может, ещё что из металла закажу, мне нравится такое, — сказала девушка и ушла.
Посмеявшись, «кузнецы» продолжили работу; первой выковала решётку Фрося, за ней — Света; от неё немного отстал Рыжий; последнюю решётку ковали втроём, и сделали её за час; к восьми часам работа была выполнена.
Отпустив Рыжего, Фрося занялась надгробными бюстами, и слепила их к одиннадцати часам вечера. В оставшееся время взялась ковать туфли; сделала их такими же, какими делала для других клиенток, на сварке, с каблуком из арматуры, к половине первого ночи работа была выполнена. Подумав, что спать рано, Фрося достала монеты и принялась сверлить в них дырочки; к двум часам ночи просверлила все монеты; отложив оставшуюся работу на следующий день, легла спать.
Фишка вернулась в железных туфлях, однако во время работы она раздевалась догола, как многие «ремонтники», и снимала туфли, так что этот день не мог быть показательным.
В этот день Валя учила ученицу работе на бульдозере; ученица была в восторге от урока и от бульдозера; урок длился с девяти утра до восьми вечера.
Вечером Лида сообщила, что монумент полностью готов к открытию.
Проснувшись в девять часов утра, Фрося сделала формы со скульптур, и с одиннадцати часов продолжила работу с топиком из монет. Намотав на стержень длинную пружину, Фрося разрезала её на множество колец, и этими кольцами стала скреплять монеты, кольца спаивала паяльником; в некоторых местах использовала струну, в других местах спаивала сами монеты. Хотя работа и была мелкой и нудной, но не такой сложной, как Фрося это представила заказчице; к четырём часам дня заказ был готов, и Фрося известила об этом заказчицу. Заказчица приехала через полчаса, померила этот топик, попробовала на прочность, надела железные туфли. Фрося предложила девушке кучку других вариантов художественных изделий; девушка заинтересовалась, обещала подумать, заплатила обещанное, и ушла в обновках.
Помяв в руках арматуру, потренировавшись с двумя десятикилограммовыми гантелями, присев с ними пятнадцать раз, Фрося занялась гимнастическими упражнениями, после которых омылась из шланга и стала делать формы на основе «кладбищенских» скульптур. Закончив эту работу, принялась экспериментировать с обработкой камней — выскабливала собственное изображение на гранитной доске, и это у неё получалось. Фрося думала о том, чтобы освоить эту технику и предложить такие изделия «похоронщикам». Сделав своё тонкое изображение, Фрося сделала под ним надпись, как делала на табличках для кладбища, указала дату рождения, и только дату смерти указывать не стала.
К пяти часам вечера вернулись «велосипедисты», которые доехали до Новгорода. Тюлька и клиентки Иры сразу отправились домой, а Ира и Чурка помылись, и стали дожидаться подруг, чтобы рассказать им о своих приключениях.
Вернувшись домой, Тюлька застала Васю; Вася был одет, и никаких сцен Тюлька не увидела. Тюлька расстроилась, что мать не очень-то интересуется её рассказом о поездке, а больше интересуется Васей. Уставшая Тюлька легла спать, а Вася вскоре ушёл. Проспав до четырёх часов утра, Тюлька стала собираться в школу.
Утром Фрося, Ната, Рака, Валя, Ира, Чурка, Золушка и Света приняли участие в торжественном открытии монумента. Церемония прошла так, как и было намечено прежде; участвовали рабочие, школьники, ветераны труда, администрация, пресса; присутствовали родители Фроси. Фрося приняла поздравления, поблагодарила администрацию, администрация поблагодарила Фросю, и к половине одиннадцатого митинг завершился. Рабочие отправились на завод, школьники — в школы, пресса взяла интервью у Фроси и Наты, затем продолжила съёмки на заводе.
Фрося приняла поздравления от родителей, передала формы литейщикам, заказала литьё, и вернулась в «общину»; Рака поехала работать на ткацкую фабрику; Золушка вернулась на ферму.
Тюлька была в школе, а её мать пришла в «общину», и, ссылаясь на занятость, договорилась с подругами, чтобы Тюлька пожила в «общине», чтобы продолжала здесь свои занятия, за что мать обещала платить; подруги согласились.
Продолжение: школьная форма
Главная страница: рассказы
© Елена Белова 17.01.2008 astarota@mail.ru
Тексты не воровать!
Если хотите ознакомить с текстами своих читателей, лучше дайте им ссылку.