смертельная гонка

Предыдущий текст: трюкачи

По причине занятости Анжелы, ужин приготовила Служанка; явившиеся к ужину Анжела и Валя ели, как и Ната, сидя на «шпагате», а Служанке было позволено есть за столом. Фёкла жила в подвале дома Наты, и питалась на кухне. Марьяша и Настя теперь жили в доме Насти; Настя лучше готовила, чем Марьяша, а потому она этим и занималась.

После ужина готовились к заезду. Съёмки объяснялись очень естественно: голая гонщица на мотоцикле пытается установить рекорд скорости, что является редким зрелищем. Валя предупредила, что мотоцикл может гнать быстрее «Порше», и Ира должна будет уходить в отрыв. На посту ГИБДД замерят скорость, прикажут остановиться, выпишут штраф и составят протокол, где укажут скорость и голый вид; всё это нужно для подтверждения рекорда — оригинальный протокол заверят печатью и отдадут Ире, и никаких обвинений в хулиганстве не будет.

«Смертельная гонка» началась в пятницу 27 октября 2000 года в два часа ночи. До поста ГИБДД Ире предстояло проехать десять километров. Ира стартовала так, как если бы просто каталась, а потом начала быстро наращивать скорость; Валя с Анжелой и Рака с Кисой ехали следом и снимали, а Ната с Марьяшей ехали на «Члене» за Ракой без камеры. Через два километра Ира разогналась до 280, и продолжала очень нерешительно увеличивать скорость — тело обдувалось холодным ветром, руль выбивался из рук, а мотоцикл трясся так, будто она ехала по стиральной доске. «Мерседес» Раки достиг предела скорости, и теперь быстро отставал, а Ната и Марьяша ехали ещё медленнее, хотя при желании могли бы не отставать от Раки, а, может, и от Иры. Ещё через километр Ира потеряла управление, вылетела с дороги и вмазалась в дерево; Анжела сняла момент аварии. Валя проехала дальше, плавно снизила скорость, остановилась, развернулась, и вернулась к месту аварии, рядом с которым остановились Рака и Ната. Рака забрала камеру у Кисы; выскочив из машин, Анжела и Рака снимали кровавое месиво, которое только что было Ирой, и разбитый мотоцикл Наты. Валя сообщила об аварии в ГИБДД; Ната позвонила Игорю и Оле, адрес и телефон которой знали и скрывали: она, Рака и Юля. Вскоре приехали гаишники; затем — «труповозка» и местные телевизионщики, с которыми Рака начала договариваться о продаже записи с ещё живой голой Ирой на мотоцикле. Представители ТВХ приехали рано утром и получили копию видеозаписи Анжелы, на которой, кроме прочего, был снят момент аварии, чего не было ни у Раки, ни у местных телевизионщиков; Игорь обещал Нате хорошее вознаграждение. Рака пожелала как можно быстрее купить скоростную машину. К полудню приехали Оля и её сожитель; они ругались между собой, как ругались в последнее время, и уговаривали Валю за вознаграждение оформить опеку над Яной, но Валя отказывалась, ссылаясь на то, что уже удочерила Марьяшу, а прежде, чем разговаривать на серьёзные темы, ей надо выспаться — все участники ночных событий уже спали. Оля и её сожитель продолжали ругаться, а Валя легла спать.

К трём утра Анжела приготовила завтрак, к которому Валя успела проснуться, а Ната успела облиться из шланга и потренироваться в «качалке» вместе с проснувшейся Ракой. Валя, Ната и Анжела завтракали, сидя на «шпагате».

— Поедем-ка мы в Москву — пусть они здесь сами разбираются, — предложила Валя.

— Давай, — согласилась Ната.

В пять утра в Москву выехали: Валя и Настя на «Порше»; Ната, Служанка и Марьяша на новом «Линкольне»; Анжела на «Мерседесе»; Рака, Киса и Света на «Мерседесе»; Лада и Алеся на «Форде»; Фёкла на «батоне», покрашенном под белую с чёрными пятнами корову.

Приехав в город, «трюкачи» начали работать; «розовые» поехали в квартиру Раки, а потом — в модные магазины, за новыми идеями. Выступление в ресторане не планировалось, и в нём решила выступить Рака. Вечером Ната, Валя, Анжела, Настя и Марьяша посетили другой ресторан на другом конце города. Ната поговорила с администратором, тот отвёл её к хозяину; посмотрев видеозапись, хозяин с радостью согласился предоставить сцену за 15% от сборов. Выступления Наты, Анжелы, Насти и Марьяши были обычными, и публика платила так же хорошо. Ната договорилась с хозяином, что будет здесь иногда выступать, а перед выступлениями — предупреждать; обещала принести афиши, которые остались в квартире.

Утром Ната с «челядью» на лимузине и с Фёклой на «батоне» поехала покупать мотоцикл; выиграв обычный спор, Ната выбрала мотоцикл «КТМ», прославившийся на разных ралли, и принадлежности для езды на мотоцикле. Валя, так же выиграв спор, на другом авторынке выставила претензии к «Порше»:

— Всего — триста двадцать! «Ауди» обгоняет «Порше» — позор вам! А вы указали на усиленный вариант двигателя! Я бы его сама сделала, но, раз вы гарантию дали — так делайте! Никуда машину тащить не надо! Давайте сюда механика — я его носом ткну! Я-то нашла причину! Может, на двигатель поспорим?

Фирмачи спорить не стали, а вызвали механика, занимавшегося предпродажной подготовкой, попросили Валю показать, а механику велели устранить неполадку.

— Вы же, гады, нарочно это сделали, чтобы скорость ограничить, а в документах об этом не указали!

— Да это Васька, придурок, так закрутил — он регулировкой занимался, — оправдывался механик.

— Это, может, придурок закрутил, а вот это — что?! Просто так, или умышленно? — спросила Валя, тыкая пальцем в другое место. — Это-то — поважнее будет! Почему ничего не указали в документах?!

— А это вы их спросите! — сказал механик, показывая на управляющих.

Валя позвала управляющих, и показала пальцем.

— Объясни-ка, для чего это сделано! — сказала Валя механику.

— Чтобы не гоняли, — усмехнулся механик, — мы делаем, что нам велено!

— Вот! Другие фирмы почему-то предупреждают! Хуй бы я купила, если бы знала, что здесь эта штука стоит! Кстати, она денег стоит, а вы мне её всучили, как дополнительную услугу, и в договоре не указали! И голову мне морочили, вместо того, чтобы сразу сказать! Убирайте эту фигню к чёртовой матери!

— Мне об этом ничего не известно, — сказал управляющий, — спрошу у начальства.

Управляющий ушёл, позвонил начальству, вернулся, велел механику убрать ограничение.

— Указывать мы пока не хотим, а без него продавать не можем, — усмехнулся управляющий. — Это же всё таки — для улицы, а не для стадиона.

Пока Валя разбиралась с этой проблемой, приехала Рака, чтобы купить подобную машину, и Ната с Фёклой — за деталями. Ната уже имела дело с этими управляющими.

— Вот вам — покупательница! Ей тоже эта штука, наверное, не нужна.

Валя рассказала Раке и Нате о «лишней детали».

— А вот у вас эта «Феррари» — там тоже такая дрянь?

— Наверняка, — усмехнулся управляющий, и попросил механика посмотреть и удалить.

— Если эту фигню убрать, а мою — поставить, будет гонять зверски, как тот мотоцикл! — засмеялась Ната; эта фраза рассмешила всех «подруг». — Папик сказал, что на ТВХ уже показывали, и в двадцать минут первого в «происшествиях» повторят! Советую посмотреть! Там наша «подруга», — давясь от смеха, говорила Ната, — вчера, голая, на моём мотоцикле ехала, и разбилась, а мы её снимали с этого «Порше»!

— Да, посмотрите — там смачные кадры! Надеюсь, не вырезали всё интересное! — заметила Валя.

Поборов приступ смеха, Ната предложила своё изделие, на которое имела сертификат; показала механику изделие в «батоне», продала образец, купила двигатель, фирменные запчасти и разные «примочки» для своего автосервиса. Рака уехала на «Феррари», а Света увела «Мерседес». Ната с «челядью» и Валя с Настей поехали во второй ресторан; пока Валя спорила с «фирмачами», Ната побывала дома и отвезла афиши в этот ресторан. После выступления Валя, Ната и Марьяша приехали в квартиру Игоря, и вместе с ним посмотрели «смачные» кадры с указанием авторства Наты.

— А я боялась, что вы вырежете всё смачное! Даже решила, что обижусь и продам записи другому каналу.

— Давят на нас, но мы терпим, — сказал Игорь. — Всё это — волнообразно: давят, шумят, а потом забывают на время. Наташенька, ты же знаешь, что если и вырежем что — то не иначе, как по крайней необходимости, когда уж слишком припрут! Кстати, завтра в час тридцать ночи твоя передача пойдёт, а утром ещё покажут ту половину, где ты в одежде. А в воскресенье наш Нытик Марьяшу покажет — вы уссытесь, посмотрев, что он придумал!

— А я тоже на мотоцикле голяком и в шлеме проедусь, только, конечно, не так быстро, — сказала Валя. — Круто будет!

— Ма! Днём, когда снег выпадет! Не по шоссе, конечно, — предложила Ната.

— Да — хороший способ закаливания! Рака, кстати, так ездила.

— Пусть Людка ездит!

— Кстати, о ней мы уже снимали, может, ещё снимем.

— Папик! Я, наверное, в эту зиму купальником обойдусь! Вряд ли на базе буду работать, а в лимузине и на заводе не холодно.

— И я обойдусь! — сказала Валя. — Круто будет!

— Ма, ты — самая крутая теперь! Купи себе мотоцикл, такой, какие на кольцевых гонках используют, на 500 или на 1000 см3!

— Я бы на месте Иры удержалась, тем более — на хорошем мотоцикле! А Ирка и ездить-то совсем не умела. Я думаю, мы от одной швали избавились, а другая — приехала.

— А что ты хотела — опеку над Яной? Дом ты всё равно не получишь.

— Да не хочу я её опекать, и дом, конечно, не получу, если Оля сама не продаст.

— А что мы Ирку так невзлюбили?

— А я сама не знаю! — засмеялась Валя. — День сегодня опять длинным получился, и я уже хочу спать.

Анжела, Настя, Фёкла и Служанка ночевали в квартире Вали. Анжела могла поехать в свою квартиру, но ей казалось, что это будет нарушением — там была кровать, одежда, её собственные деньги, а этого у неё быть не должно. Уже случалась минусовая температура, но Анжела и Настя обходились купальниками, в отличие от Служанки, которая была одета как большинство людей, и Фёклы, одетой в трикотажные штаны, в простые ботинки и в телогрейку.

Утром Валя, «арендовав» Фёклу с «батоном», поехала на авторынок, чтобы купить тяжёлый мотоцикл; здесь Валя уже спорила, и в последний раз спорщиков не нашлось. На всякий случай Валя осмотрела двигатель на предмет какой-нибудь «лишней» детали, но ничего не нашла, кроме не очень хорошей регулировки. Валю прикалывала идея вернуться на мотоцикле, но смущало то, что «Порше» придётся доверить неопытной Насте, да и хотелось проверить, как поведёт себя машина после внесённых изменений.

Ната посетила фитнес центр, затем — школу танцев, до закрытия которой осталось недолго, а вечером с Анжелой, с Настей и с Марьяшей выступила в ресторане. Там же Ната объявила об очень дорогом трюке — Анжелу привяжут за сиськи в крюку автокрана и поднимут. Валя предложила доставить свой огромный автокран, за что Ната должна была заплатить. Ната напомнила, что один такой автокран они когда-то решили считать общим. Один господин имел возможность быстро пригнать большой автокран, и не брал за это денег. Трюк был назначен на следующий вечер во дворике ресторана.

Ната успела посмотреть свою передачу, осталась довольной, но заметила, как можно улучшить эту композицию. Ната договорилась с Папиком о плате за съёмку трюка.

— Были бы у меня сиськи, как у Анжелы или как у Раки, и я бы, может, показала, — сказала Ната. — А ты, ма, можешь показать!

— Хуюшки! — засмеялась Валя.

Днём Рака договаривалась о продаже своих изделий, а вечером танцевала у Ресторатора; сборы были небольшими, Нате причиталось 50%, но Рака получала удовольствие. Узнав, что Валя купила мощный мотоцикл, Рака захотела купить такой же, и на это утро «арендовала» Фёклу с «батоном». Поскольку «батон» был загружен тремя мотоциклами, мотором и запчастями, Ната отправила её в «общину», где она должна была разгрузиться, и снова вернуться в Москву. Днём Фёкла уехала, а утром вернулась, и продолжила обычную работу: поедание живности и терпение боли.

Ната с «челядью» с утра поехала по авторынкам и радиорынкам, где приглашала знакомых на представление. Ната со съёмочной группой осмотрела место, и выбрала на случай большого скопления публики другое глухое место рядом с рестораном. О трюке с автокраном Рака узнала последней, поскольку иначе могла опередить.

Вечером у ресторана скопилась толпа, и, кроме повышения цен, пришлось применять резервный вариант — двор предназначенных на снос домов. Ната сама установила автокран в нужное место, сама привязывала Анжелу, и сама её медленно поднимала. Съёмку вели три оператора с разных точек: с земли, с крыши дома и с коленчатого подъёмника; на Анжелу были направлены прожектора съёмочной группы, что делало зрелище ярче. Продержав Анжелу пять минут на самом верху, Ната её опустила, и Анжела сразу дала короткое интервью об ощущениях, которые назвала «самыми классными». Доход от этого представления был больше, чем давали заводы, автосервис и радиомастерская за месяц.

В среду к часу дня «трюкачи» вернулись в «общину»; пообедали. Позвонив на завод, Ната велела доставить большой сейф с кодовым замком, какие начал выпускать завод ввиду огромного спроса на сейфы, а Валя велела привезти бетонную трапецию, используемую в строительстве. Смысл был в том, что рылась яма, в неё клалась тяжеленная трапеция, а к выступающим частям арматуры приваривался сейф. Поднять эту конструкцию, схватив гладкий сейф руками, не смогли втроём Вика, Валя и Света, хотя каждая из этих амбалих могла в одиночку приподнять её, держа сейф изнутри за крышку. У Вали уже было три подобных сейфа, в которых лежали её деньги, деньги Наты и деньги, сданные на хранение гостями. После обеда сейф и трапеция были доставлены; Валя и Ната установили его, и Ната сложила туда деньги.

Пока «трюкачи» были в Москве, Оля разругалась с сожителем, ударила его, и он уехал, отказав ей в возврате. Стоит заметить, что Яна не была дочерью этого человека, и была ему безразлична; по этой причине Оле прежде пришлось оставить Яну у Иры. Ещё стоит заметить, что постоянная прописка Оли была здесь, в доме матери. Оля прежде рассказывала о своей жизни Раке, Нате и Юле по телефону и при встречах в Москве; кое-что из разговоров успела подслушать Валя, но тоже сохранила это в секрете. Конструкция аппарата и само его существование тоже оставалась большим секретом. Вечером Оля рассказывала Вале и Нате подробности о своей жизни и убеждала их, что сожительствовала с козлом.

— Ну и ладно! Буду здесь жить, как вы все живёте. Буду работать, хоть на ферме, хоть — как Люда. «Права» у меня есть — я этого козла везде возила. Тоже, поставлю штампы, чтобы на грузовиках работать. А могу и трюки такие показывать! Он же меня почти такие делать заставлял каждый день.

— Оля, это же хорошо! Значит, ты пластику не потеряла!

— Нет, он же заставлял меня в фитнес ходить, и дома ему показывать. Такой же, как был Сергей у Раки — тоже зимой полуголой водил, любовался и хвастался мной.

— А Ирка думала, что ты спилась, или от СПИДа умерла, — заметила Валя.

— Хуй-то — он мне больше двух бокалов выпить не давал, и ревновал страшно.

— А что ты раньше его не отмудохала?

— Я его первый раз ударила, и он меня бросил! Он так и говорил всегда.

— Посмотри, какой у меня «предохранитель»! — сказала Ната, и показала «замочек».

— И у Насти такой — Танька была, и в нашем бывшем НИИ сделала, — пояснила Валя. — Сверхтвёрдый сплав, а головки открутить почти невозможно. Пятый год носят!

— И не собираюсь снимать! Так и буду всю жизнь ходить!

— Жалко, что я ещё в детстве такой не поставила!

— А теперь — всё! Танька с нами не дружит, и НИИ больше нет. Сплав секретный, и Ната на заводе такую штуку не сделает!

— Можно просто из прочной стали сделать, — сказала Ната, — тоже кусачками не перекусить, и тоже — не окисляется.

— Так эту вообще можно только алмазом резать, и то — с большим трудом!

— И другая проблема есть — там замок секретный, а я не хочу его знать.

— Жалко! Я бы Яне вставила лет в двенадцать!

— Может, к тому времени сплав рассекретят, а Натка узнает секрет замка.

— Я бы делала без такой «лазейки», — сказала Ната.

— Но о «лазейке» не надо Насте говорить — такой у нас договор! А ты, Натка, если так говоришь, возьми чертёж, и сожги!

— Пусть у тебя в сейфе пока лежит. Я боюсь, что если буду такой замок придумывать, то придумаю точно такой же, и секрет для себя раскрою. Есть более радикальный вариант — удалить матку и зашить дырку так, чтобы и следов не осталось — гладкое место. Круто — такую операцию без наркоза сделать?!

— Очень круто!

— А я уже знаю, кто и за сколько может её сделать, — сказала Ната. — Известный хирург — все о нём слышали, но то, что он такими вещами занимается — секрет. Кстати, если — без наркоза, то денег не возьмут, а ещё и приплатят, как три таких операции стоят.

— Охуеть! — выразилась Оля.

— Да уж! — сказала Валя. — Ты хочешь это сделать?!

— Хочу на Марьяше испробовать — хоть деньги за неё получу.

— Мысль! — оценила Валя. — Тебе ещё хочется от родного отца родить?

— Да рожать мне как-то вообще не хочется, но было бы интересно знать, кто он такой.

— Три кандидата, и двое у тебя на заводе работают, а третий — спившийся батрак. Я тебе дам список, а ты у них сама как-нибудь возьми материал для анализа.

— Если он на заводе работает — я бы его гнобила, ради забавы, — засмеялась Ната

— А тебе, Оля, машина осталась, и деньги где-то там есть, и мы три штуки должны были Ире за эту гонку.

— Мне этот козёл ничего не оставил. Даже шмотки мои отдать отказался — говорит, что на его деньги куплены!

— А как ты голой убежала — куда делась?

— В лесу жила, потом девка кое-какую одежду дала, а я деньги украла, одежду купила, в Москву уехала, нашла там мужика, жила с ним, родила, потом он меня бросил, и я нашла этого козла, а он заставил меня от Яны избавиться. Я часто жалела, что не согласилась на цепи отсидеть то наказание, а сбежала.

— Ирка долго боялась — ей всё казалось, что ты где-то рядом, и убить её хочешь.

— Оля, пошли в спортзал — потренируемся! — предложила Ната.

— Пойдём! Я буду с Циркачкой тренироваться, и она будет у меня жить, как раньше.

— Может, весной и танцовщица приедет, — сказала Ната. — Школу выжимают из помещения какие-то крутые ребята.

— А Циркачка Циркача приглашает. Трюки разные с острыми предметами и с огнём.

— Скажи ей, что платить, скорее всего, будут хорошо.

Ната и Оля пошли в спортзал, где Оля показала, что она сохранила прекрасную гибкость, и Ната могла с ней делать парные композиции, которые делала с Настей. Тренировка продлилась до ужина, который приготовила Анжела.

Днём Марьяша возила Нату на базу, в администрацию и на заводы; Ната получила заказанное ранее разрешение на оружие. Она вернулась к трём часам, пообедала, и занималась творческой работой — конструировала металлический купальник, так, чтобы можно было менять размер, добавляя или убавляя элементы. Такой купальник Ната хотела сделать из золота для себя. Купальник был бы крошечным, как купальники Раки; он прикрывал бы небольшое окружение сосков и «киску» золотыми фиговыми лепестками, а вместо верёвочек — цепи, размер которых легко регулировать. Сделав чертёж и описание, Ната позвала Марьяшу и поехала к ювелиру, где и заказала изделие.

После завтрака Ната остригла Марьяшу наголо — прежде у неё была стрижка «под Зинку». Марьяша повезла Нату в оружейный магазин, где Ната купила винтовку с оптическим прицелом на 7.62 и помповое ружьё. Из магазина Ната поехала в салон татуировок, подозвала Марьяшу и сказала мастеру:

— Видите — её отец пытался узоры сигаретами выжигать. Он был алкоголиком, но не художником. Было бы замечательно исправить его работу, мастерски нанеся новые узоры чем-то вроде прибора для выжигания. Это должны быть, на мой взгляд, волнистые разводы на голове, но не конкретное изображение, и так же — на лице.

— Да, редкий вид! — оценил мастер внешность Марьяши. — Двести баксов за такую кропотливую работу!

— Именно! Постарайтесь аккуратно выводить мелкие линии, каллиграфично!

В течение примерно двух часов мастер выводил прибором для выжигания аккуратные линии, а Ната показывала, как провести следующую, и это была совместная работа.

— Воспаление пройдёт, и надо будет кое-что подправить, а пока этого не видно.

— Ну, Марьяша, будешь отлично выглядеть!

Ната и Марьяша вернулись к обеду. Валя опробовала свой мотоцикл, и получила номер.

— Марьяша прямо красавицей стала! — заметила Валя.

— Так мы ей все дефекты в красоту преобразуем! А ты не проехалась голой?

— Нет, я в «батоне» возила, зато в купальнике осталась. Ирка ехала — теплее было. Сейчас, к тому же, слишком скользко. Будет оттепель, мы с Ракой посоревнуемся, и на мотоциклах, и на машинах.

— А я новый вид спора придумала — через подставного. Какой-нибудь мужичёк спорит с богатыми дружками, что его подружка приедет на свидание зимой в купальнике, например. Они, естественно, смеются, потом — спорят, а когда он спор выигрывает, то получает небольшие проценты, или довольствуется тем, что выиграл спор. Только меня узнавать стали, и это может сделать, например, Анжела.

— Лохотронщица! — засмеялась Валя.

— Только ты никому не говори, а то идею пизданут, особенно — Рака или Оля!

— Ладно! Когда Марьяшке матку вырвут?

— Я пока не говорила, но поговорю.

После обеда Валя и Ната пристреливали на реке оружие Наты; затем Ната тренировалась в спортзале, где вместе с ней тренировались Анжела, Служанка, Оля, Яна, Виола и Настя. Ната сама занималась со Служанкой растяжками, дала ей инструкции и поручила Циркачке продолжать занятия. Ната продала инструкции для Оли и для Яны, которые Оля оплатила. Циркачка рассказала о своём коллеге, оказавшемся в таком же положении, в котором оказалась прежде она сама.

— Но тот трюк, который Анжела показала, в вашем цирке никогда не показывали! — усмехнулась Ната.

— Показывали всякое, только не для всех! И за сиськи поднимали, и за яйца, только не таким краном, и не на улице.

— Так в этом весь смысл! На сиськах многие висят, а когда — на кране, это интереснее! И кран должен быть не просто высоким, а мощным, грубым. Это же — Фрейд с Юнгом!

Продолжение: любители

Главная страница: рассказы

Тексты не воровать!
Если хотите ознакомить с текстами своих читателей, лучше дайте им ссылку.