рабыни

Предыдущий текст: ученики

На следующий день девушки отправились на базу в том же составе и с Дианой, которая думала о работе в автосервисе. Ната поставила Люсю и Застю в пару с Букой и с Бякой, себе взяла Диану, а Марьяше поручила отремонтировать оставшиеся две единицы техники, разобрать и осмотреть двигатели, промыть и постараться получше отрегулировать карбюратор, ликвидировать дефекты корпуса. Люся быстро освоила автомеханику, и когда приехал лишний клиент, которого некому было обслужить, Ната дала его Люсе, которая обнаружила и ликвидировала поломку, и, как Ната, указала на будущие поломки, которые скоро наступят, если сейчас не заменить некоторые сносившиеся детали. Ната предложила Люсе «сдать экзамен», а заодно приобрести машину, но Люся сказала, что денег совсем мало, а потому она лучше сделает это на машине клиента, но не сейчас, а когда получше научится.

Чурка отправила Дашу на ферму, попросив, чтобы её там получше нагрузили тяжёлой работой, а если надо — то и подгоняли бы хлыстом, а потом доложили бы о её поведении. Среди гостей были и такие, которые платили за то, чтобы так работать, и воображали себя настоящими рабами. После работы с этими клиентами надсмотрщицы Золушки стали подхлёстывать и обычных батраков.

Рака обещала изготовить для фермы нужное количество хлыстов, ведь подгонять приходится не только клиентов и батраков, но и скот. Дашу заставили таскать мешки с комбикормом и раздавать его свиньям; если Даша хотела остановиться и отдохнуть, её подгоняли хлыстом. Так Даша работала до обеда, а потом, совсем измученная, отправилась в спортзал, где тренировалась до ужина. Поужинав, Даша вымыла посуду, сделала уборку, и с разрешения матери уснула.

К ужину с базы вернулись «ремонтники» и «станочники». Ната проверила работу Анет и её учеников, дала указания для следующего дня, а потом тренировалась в «качалке».

С девяти утра Ната с Марьяшей ездили, и, наконец, к часу дня нашли старую «Волгу» с хорошо сохранившимся корпусом. Купив машину и доставив её на базу на эвакуаторе, Ната собрала тех же учеников, которые смотрели ремонт «Члена» и «Линкольна», к которым добавились новые ученики, и начала полную переделку машины; этот дорогой урок оплатила и Люся. Бяка, Бука и Шпилька работали с машинами клиентов.

Настя повела ещё один предмет — среди гостей были желающие научиться прислуживать так, как прислуживала она своему отцу; в их числе была Анжела. Плату за урок определила Валя. Теперь Настя вела уроки «восточных» танцев, танцев на стёклах и этот урок. Как уже отмечалось, те, кто брал уроки «восточных» танцев, брали и уроки танцев на стёклах, а теперь они же решили брать и этот урок, а многие из тех, кто решил брать этот урок, захотели брать и «танцевальные» уроки. Эти уроки занимали у Насти весь день, до полуночи.

Виола и Циркачка вели свои уроки; хотя Настя оттянула у них часть учеников, их всё равно было достаточно, тем более, что с учениками часто приходилось работать руками. Валя забирала всю плату за уроки Насти, а Ната забирала бoльшую часть платы за уроки Виолы и Циркачки, и продавала ученикам инструкции с учётом их индивидуальных особенностей. Последней идеей Наты стал «урок терпения»; Ната пока была слишком занята автосервисом, но желающие получать урок уже подобрались, и Чурка «записала» на него Дашу. Вести такой урок могла Анжела, и недавно она показала всем пример терпения боли.

«Ремонтники» и «станочники» вернулись к одиннадцати вечера, а утром снова поехали на базу. Ната намеревалась закончить урок с «Волгой» к вечеру. Такую же работу заказала Золушка, но сперва требовалось найти подходящий корпус — таких машин почти не осталось, а у оставшихся были мятые и прогнившие до дыр корпуса. Валя тоже хотела найти хороший корпус от старой «Волги», взять учеников и сделать себе такую машину. Две новые ученики не намеревались работать в автосервисе, а хотели всё перепробовать, а особенно — тяжёлые работы. Они уже поработали на ферме, где был сплошной ручной труд. Девушки считали, что, посмотрев такую переделку этой машины, они смогут справиться с простой поломкой.

— Есть для вас хороший аттракцион — литейный цех. Постойте у печи, поучитесь, — предложила Ната. — А можете грузчиками на заводе стать. Спрошу, какая там работа потяжелее, и, может, найду что-нибудь ещё.

— Мы бы тоже попробовали в литейном или в кузнечном, — сказала Жилка.

— Да, почти всё перепробовали, а на заводе никогда не работали, — сказала Дуся.

— На шахте ещё хотелось бы, — сказала Жилка.

— Колодцы здорово рыть было! Жаль ещё, что каменоломню закрыли: Рака успела, а мы — нет! — сказала Дуся.

— Нам бы тоже интересно было! — сказала новая ученица.

— А мы ещё на стройке поработаем, — сказала другая ученица, — тоже интересно.

— Да, там же должны быть тяжёлые работы! — сказала первая ученица.

— Наверное, зимой там трудно, в морозы, когда руки к железкам прилипают!

Потрепавшись, девушки продолжили работу с «Волгой», и к девяти часам вечера выполнили её. До этого урока, из двух оставленных для неё единиц техники, Марьяша успешно отремонтировала «козла», и Ната хотела, чтобы Марьяша «сдала экзамен», отремонтировав и переделав оставшийся «батон».

Ната надеялась, что времени у неё станет побольше, ведь нужно было ещё на предприятия съездить, и другие дела у неё были, и тренировки бросать не хотелось. Люся теперь могла работать так же, как Бука и Бяка, Диане осталось не долго учиться, а потом, возможно, и Марьяша будет помогать, когда заказов будет много. Ната не хотела, чтобы Марьяша там работала постоянно, поскольку ей нравилось иметь её в качестве личного водителя.

Даша не хотела терпеть трудности, но ей приходилось. Чурка снова заставила её до обеда работать на ферме, потом долго поливала из шланга прежде, чем позволила мыться тёплой водой и мылом, а после обеда заставила тренироваться и растягиваться в спортзале. Поужинав и сделав уборку, измученная Даша уснула.

Утром Ната, Бяка, Бука, Марьяша, Диана, Люся и «станочницы» поехали на базу. Ната купила детали, нужные для переделки «батона»; мотор на 250 л.с. и часть деталей имелась на базе. Ната объяснила Марьяше, что нужно изменить, и оставила её, а сама вернулась в «общину», проверила работу «радиотехников», дала указания Анет, а затем пошла в спортзал, где, посмотрев на достижения «гимнасток», продала им новые инструкции. До обеда Ната упражнялась в «качалке», а потом до ужина отдыхала и сочиняла содержания для «уроков терпения». Ната предложила Жилке и Дусе съездить с ней в понедельник на завод, чтобы подыскать желаемую работу. Две другие «любительницы» утром обратились к Вале, которая предложила им сперва освоить строительную технику и сварку; другим строительным специальностям девушки могли научиться на стройке. Учить девушек работе на строительной технике взялась Анжела; заодно предложила доучиться Эльвире. Вернувшись к ужину, Марьяша рассказала о том, что успела сделать. После ужина Ната и Марьяша катались с «байкерами».

В понедельник Марьяша с другими «ремонтниками» и со «станочниками» поехала на базу, а Ната с Жилкой и с Дусей — на завод. Девушки выбрали литейный цех.

— Обучение, конечно, платное, ведь рабочим придётся вас учить и отвлекаться, — сказала Ната, — и спецодежда потребуется, но у вас с прошлого раза денег много осталось — оттуда и возьмём. Если научитесь и работать захотите — будете зарплату получать!

Ната передала девушек работникам завода, которые выдали им одежду, отвели в литейный цех, и поручили рабочим всё им объяснять и учить. Поговорив и пообедав с руководством предприятия, Ната поехала на базу, посмотрела на работу Марьяши и других «ремонтников», к четырём часам вечера вернулась в «общину», пошла в спортзал и занялась акробатикой, заодно продавая советы ученицам, Циркачке и Виоле.

После ужина Ната дала пробный урок Даше.

— Даша, сейчас будет больно, но ты должна терпеть! — сказала Ната.

— А не вытерпишь — ещё больнее будет! — пригрозила Чурка.

— Буду терпеть!

Ната взяла руку Даши, выбрала палец, и воткнула под ноготь иглу.

— Больно? — спросила Ната.

— Больно очень, но я терплю! — пропищала Даша.

— Терпи! Сейчас ещё больнее будет! — сказала Ната, и стала шевелить иглу.

Даша не пищала, но сжалась, а из глаз потекли слёзы.

— Так плакать допускается — лишь бы не ревела! — сказала Ната.

— Согласна, — сказал Чурка.

— Сейчас ещё потерпишь, и урок будет закончен, — сказала Ната.

Вынув иглу из-под ногтя, Ната проколола Даше сосок, вынула иглу, снова проколола, снова вынула, и снова проколола. Даша тряслась, из глаз текли слёзы, но она пыталась улыбаться.

— Первый урок завершён! — объявила Ната.

— Сколько с меня? — спросила Чурка.

— Сто.

— А я тоже хочу, чтобы узнать, на сколько это больно, — сказала Чурка.

Взяв другую иглу, Ната воткнула её под ноготь Чурки, пошевелила; Чурка слегка поморщилась, а при многократном прокалывании сосков Чурка откинула голову назад и как бы блаженно зажмурилась.

— Терпеть можно, Дашка, — заметила Чурка, — не так уж и больно! Даже кайфово! Но это — не урок, и о цене ты не говорила. Если сделаешь что-нибудь поинтереснее, я заплачу пятьдесят.

— Давай! — засмеялась Ната.

Ната взяла тонкие длинные щипцы, поставила иглу от шприца на стол, зажала её щипцами.

— Клади ладонь, чтобы игла была между большим и указательным пальцем, где мякоть, и опускай, пока не проткнёт насквозь.

Эротично поскуливая, Чурка выполнила это предписание.

— Уй, больно так, но — клёво! — лыбилась Чурка. — Пусть Дашка так сделает!

— Чурка! Вот ведь — видеокамеры нет! Надо позвать кого-нибудь, чтобы снять всё!

— Зови, и дай свою «супер-пупер» камеру, а я повторю!

Ната позвала Валю; Валя взяла видеокамеру Наты на плечо и приготовилась к съёмке. Чурка повторила действие, не вынимая первой иглы. Показав руку камере, Чурка вынула иглы.

— Даша! Иди, получишь второй урок! — крикнула Чурка.

— Беседа сперва требуется! Это — дорого, и надо — наедине, или — методику купить, а она стоить сто штук! Я сама кучу денег отдала, чтобы научиться.

— Ладно, беседуй.

Ната отвела Дашу в глубь территории «общины», побеседовала том около тридцати минут, и привела девочку к маме.

— Я ей объяснила уже, — сказала Ната, — а ты пока молчи — не сбивай!

Валя снова приготовила камеру. Даша улыбнулась, опустила ладонь на иглу.

— Ой! Как необычно! — веселилась Даша.

— Ой! Сколько же это стоит? — обрадовалась Чурка.

— Это стоит три штуки! — важно ответила Ната.

— Ой, заплачу! Спасибо, Наташка! — радовалась Чурка.

— Только болью не пугай больше, — сказал Ната, — пусть знает, что боль — фигня.

— Да, я, наверное, много пугала, потому она боль так боялась. Теперь не буду! Дашка, пойдём, пожарим свинины побольше, и я тебе даже рюмочку дорогого вина налью! А тебе, Наточка, сейчас деньги принесу.

Чурка убежала в дом, выбежала с деньгами, отдала их Нате. Ещё раз поблагодарила, и побежала в дом устраивать пирушку.

— Натка, где ты этому научилась? — спросила Валя.

— У Юлькиной матери. Она — настоящая ведьма! И Юлька — тоже!

— Да, как она тогда всё предсказала!

— Вот! А ты — материалистка!

— А колдовство не противоречит материализму! Кстати, помнишь — Юлька Золушку видела на «Чайке»? Золушка «Чайку» у меня просит! Только я ей не продам — у меня же есть все оригинальные детали! Продала бы ей свою — ей-то по фигу!

— Продам, по цене шестисотого «Мерседеса»! — засмеялась Ната.

— А хуй её знает! — засмеялась Валя. — Вдруг — купит!

Ната пошла к Золушке договариваться о цене «Чайки»; к ужину Ната и Золушка сторговались примерно по такой цене.

К шести вечера вернулись довольные Жилка и Дуся.

— Здорово там, и тяжело! — радовалась Жилка.

— Да, здорово! Будем учиться, и поработаем!

— Здорово! А то все оттуда убегают, — порадовалась Ната. — А вы долго работать там собираетесь?

— Не знаем пока! Хотелось бы не меньше года, и чтобы запись была в трудовой книжке!

— Да, мы же записи там коллекционируем! А если меньше года — будет как-то несерьёзно.

— Год поработаете — отлично будет! — радовалась Ната. — А потом, может, вторую печь запустим.

К семи часам вернулись «ремонтники» и «станочники»; Марьяша приехала на «батоне».

— Натка, кажется, я сделала этот «батон»! — сообщила Марьяша.

— Давай, проверим! — обрадовалась Ната.

Ната и Марьяша сели в машину; Ната села за руль, поехала на шоссе, разогналась, затормозила, снова разогналась, развернулась, поехала к дому, проехала по колдобинам.

— Отлично, Марьяшка! Знаешь, ты очень экзотично выглядишь, и мне это так нравится!

— А говорят мне: «дура», «уродина».

— Идиоты они сами! Я хочу украшение тебе сделать — колечко в нос. Только не на ноздрю, а между ноздрей, из хорошей нержавейки, как в ухе.

— Согласна — хорошо будет! — улыбнулась Марьяша.

Поужинав, Ната проколола Марьяше носовую перегородку и вставила кольцо из нержавейки диаметром в 25 мм.

— Посмотри, как хорошо выглядишь! — сказала Ната, подведя Марьяшу к зеркалу.

— Да, хорошо! — согласилась Марьяша.

— Отлично! Возьми учебник — я тебе там задачки выделила, решай! До девятого класса добрались, а скоро и до института дойдёшь! А завтра будет большой урок — «Чайку» для Золушки будем переделывать.

Вечером Ната известила учеников о «большом уроке»; учеников набралось немало, были и совсем новые ученики. Утром «ремонтники» и «станочники» с «Чайкой» и с «батоном» поехали на базу. Валя так и не освоила станки настолько, чтобы давать уроки в цехе, а на базе всех учил рабочий; мало того — Ната могла поручить обучение рабочим на заводе. Кузницей пользовалась Рака, и у неё получались кое-какие художественные изделия, но пока она только осваивала это мастерство, а Валя могла выковать лишь примитивную железяку. Ната начала урок, хотя могла бы довольствоваться той ценой, которую платила Золушка, а урок отдать Шпильке, Буке или Бяке. Экономя, Люся не стала покупать урок, а обслуживала клиентов с Букой и с Бякой, а Шпилька и Диана поехали на эвакуаторе за разбитой «Тойотой».

Даша до обеда работала на ферме, а потом получала урок в спортзале. Даша утром выразила желание больше заниматься в спортзале; Чурка порадовалась, но занятия были дорогими, а она уже много потратила на Дашу. Почти все, кто надолго оставался в «общине», как-то зарабатывали сами, как, например, Анжела, которая теперь сама учила работе на строительной технике. Виола тратила на уроки танцев намного меньше, чем зарабатывала своими уроками, а многие уже не брали уроков, а только зарабатывали. Ира уже не раз пожалела, что пригласила Циркачку, которая вместе с Виолой полностью отняла у неё доход, чему поспособствовала и Ната. Теперь Чурка намеревалась купить у Наты инструкции, чтобы самой тренировать Дашу, и жить в лесу, как это сделала Ира, ради дальнейшего воспитания Даши в «спартанском духе», а ещё потому, что Чурке самой нравилась такая жизнь. Вечером Чурка сообщила Вале, что хочет взять землю и построить дом в «деревне переселенцев». Даша переводилась в местную школу, а Чурка собиралась жить здесь, где имела доход от своих вложений, как, впрочем, и от вложений в московских предприятиях. Чурка решила купить бытовку, оборудованную железной печкой, и поставить её у реки рядом с цистерной.

Жилка и Дуся отработали у печи до конца рабочего дня и вернулись в свои новые дома; туда же возвращалось после работы большинство «переселенцев». Жилка и Дуся купили у Раки простые столовские столы и деревянные кровати наподобие тех, какие делала Ира; на них можно было класть матрас, но Жилка и Дуся не стали его покупать, как и многие другие. В «общине» мягкие кровати были только в «розовом» доме и в «особой» комнате Наты, а у остальных были кровати, изготовленные Ирой и её «столярами»; купить кровать у Раки ещё никто не успел.

«Ремонтники» вернулись к одиннадцати часам вечера, а в половине девятого утра снова поехали на базу вместе со «станочниками».

Утром Чурка отправила Дашу на ферму, в администрации оформила участок в «деревне переселенцев», заказала постройку такого же дома, какие были в этой деревне, купила бытовку и заказала её доставку на берег реки, после чего взяла Дашу с фермы, помыла её холодной водой, потом дала помыться с мылом, накормила обедом, и увела в лес. Встретив в лесу Иру и Яну, Чурка рассказала о последних событиях и о том, что Ната сделала с Дашей. Решение Чурки построить дом и её переселение в бытовку и в лес огорчили Иру, лишившуюся дохода от её проживания.

— Буду к Вальке на стройку проситься, разнорабочей!

— Жилка и Дуся вообще хотят в литейном цехе у самой печи работать!

— Так гроши ведь платят!

— Всем гроши платят! Рабинович разве больше платил?!

— Ната и Валька деньги лопатами гребут, а я должна за копейки вкалывать! А Золушка — проедет, посмотрит, и всё! И ты — сидишь себе, а деньги тебе идут!

— Чего же ты не вложила?! — засмеялась Чурка.

— А нечего было вкладывать!

— А Ната — сама ведь всё зарабатывает!

— Ната жилу золотую нашла себе, вот и зарабатывает. Ещё в школе училась, а на дом такой заработала! А что же теперь у неё?! Наверное, на целый посёлок таких домов! А мне за электричество, за газ и за землю платить нечем!

— Большинство здесь так живёт.

— Только неприятно мне рядом с этими богатеями жить! И они меня совсем в грязь втаптывают! Работала водителем — выгнали! Валька в сварщицы даже не берёт! Может, Натка и на печь ту не взяла бы! Я им платила, когда сварке училась, и когда водит училась, и когда работать на экскаваторе училась, а работу они мне — шиш дали! Колодцы рыли — и то не позвали, а Людку взяли! Печки клали — опять не взяли!

— Помнишь, Натка себе две «Чайки» заработала и «членовозку»? Я слышала, Золушка платит ей за «Чайку» двести тысяч баксов или больше! Они туда мотор от «Ауди» ставят.

— Ну и как мне жить рядом с ними?! — усмехнулась Ира.

Полазав по лесу до темноты, Чурка вернулась в «общину», чтобы взять охотничьи и рыболовные принадлежности, посуду, топорик и прочую мелочь; всё это она вместе с Дашей перенесла в бытовку, где и заночевала с дочерью, закинув прежде донки и поставив экраны. Чурка и Даша выспались, достали пойманную рыбу, почистили, растопили печь, пожарили на ней рыбу, съели и пошли охотиться на лягушек.

Тем временем «ремонтники» завершили ремонт «Чайки». Утром «ремонтники» и Золушка поехали на базу; Золушка проехалась на «Чайке», купила, и заказала покрасить в белый цвет. Золушка купила для фермы отремонтированный трактор, грузовик и «козла»; коленчатый подъёмник понадобился предприятию Вали, а перерегистрированный «батон» остался у Наты. Сделав эти дела, Ната на «Члене» с Марьяшей поехала на предприятие, пробыла там до четырёх часов вечера, вернулась, дала Марьяше задачи по математике и по физике, и до ужина занималась акробатикой. Поужинав, Ната проверила решения Марьяши, предложила решать следующие задачи, сколько захочется, час упражнялась в «качалке», а потом отдыхала.

Утром Ната спала, сколько хотела, позавтракала, поупражнялась в «качалке», проверила верные решения Марьяши, и пошла в спортзал, где упражнялась в акробатике с Ракой, с Виолой и с Настей, делая совместные композиции. Хотя Рака вышла из «гимнастического» возраста, она осталась пластичной, а в силовой акробатике стала намного лучше. Позанимавшись до обеда, Рака ушла, чтобы ехать на свои предприятия, а Настя готовилась давать «урок услужливости», который брала и Виола.

Ната пошла к Анет; проверила работу.

— Анет, ты учишь гостей, а они утекают, как только научатся, а мне нужно, чтобы здесь постоянно было человек пять постоянных работников. Бери местных и бедных, и посылай ко мне.

— Как скажешь, — улыбнулась Анет.

В это время Нате позвонила Шпилька; сообщила, что «ремонтники зашиваются». Ната взяла Анет, и с Марьяшей поехала на базу, где были Шпилька, Бяка, Бука, Диана и Люся.

— Три больших заказа и восемь обычных! — сообщила Шпилька.

— Вот что реклама делает! — засмеялась Ната. — Сейчас мы кое-что сделаем!

Вызвав Анжелу, Ната уехала на завод, а через полчаса вернулась с четырьмя девушками:

— Пока у нас есть «большие» заказы, мы их поучим, а потом они это отработают, и всем будет хорошо.

Взяв самый сложный заказ и всех учениц, Ната приступила к работе; два других «больших» заказа взяли Шпилька и Бяка, а с остальными машинами работали Люся, Диана, Анжела, Бука и Марьяша. До шести вечера подъехали ещё четыре клиента с «простыми» заказами и один — с «большим»; цены были немного подняты. Последний «большой» заказ Ната решила отложить, чтобы утром учить на нём работниц, и с этим заказом не торопилась, а объясняла так, как будто давала платный урок. «Ремонтники» работали до одиннадцати часов вечера; все заказы, кроме последнего «большого» были выполнены.

Утром Ната продолжила урок и выполнение второго «большого» заказа, Марьяша, Бяка, Бука, Люся и Диана ждали клиентов, а Шпилька и Анжела отдыхали, но были готовы приехать в случае необходимости. Вскоре начали подъезжать клиенты, и после обеда Шпильке и Анжеле пришлось приехать. Ещё один «большой» заказ был оставлен на другой день. Рабочие девушки учились нормально, а Ната знала, как учить; после четырёх уроков с такими заказами, с обычными заказами они должны были справляться сами.

Ната взяла с учениц расписку о таком долге, сколько бы они должны были заплатить за эти уроки, и обещала ликвидировать её, когда они отработают два года в автосервисе, или раньше, если автосервис закроется; если же автосервис закроется, а завод будет работать, то оставшееся время они должны будут работать на заводе. Если их труд в автосервисе временно не будет нужен, они будут работать на заводе. За работу в автосервисе Ната обещала им некоторую надбавку, которой они были рады.

Так же прошли воскресенье, понедельник и вторник; на всякий случай, Ната дала им пять «больших» уроков. В среду работницы сами занимались «обычным» ремонтом, так же, как Диана и Люся; Шпилька учила ещё четырёх рабочих на «больших» заказах; Марьяша, Бяка и Бука брали и «большие» заказы, и, «обычные». Марьяша могла работать с «большими» заказами, поскольку «сдала экзамен», и с этими заказами она справлялась; Ната дала ей работу, чтобы она набралась опыта. Ната и Анет занимались своими делами, но были готовы выехать на базу. Шпилька и Ната надеялись, что вскоре им самим не придётся так часто работать на базе; особенно был выгоден труд рабочих.

В понедельник Чурка уехала в Москву, оставив Дашу с Ирой в лесу.

С понедельника по среду Анет приняла пятерых учеников, которые не могли заплатить за уроки; Ната взяла с них долговые расписки и обязательство отработать два года в её радиомастерской; обещала оплату после обучения и месяца работы. Ната велела Анет взять ещё пятерых бедняков.

В среду труд Анжелы не понадобился, и она с утра давала урок работы на строительной технике, а после обеда брала у Насти уроки танцев и прислуживания. Тема очень увлекла Анжелу, и она попросила Нату позволить ей занять то место, которое недавно занимала Настя, но только чтобы командовала Ната, а не Валя. Анжела ещё прежде завидовала Насте, и тоже пыталась прислуживать, но её услугами почему-то не воспользовались, и всё было забыто. Анет обязалась прислуживать, выполнять всякие поручения и тому подобное. Ната и Анжела составили подробный договор, в котором были отражены желания обеих сторон; в нём указывалось, какие требования Ната не должна выдвигать, и какие требования она может выдвигать в ограниченном количестве. Анжела позволяла довольно много; она позволяла обращаться с собой так, как Чурка обращалась с Дашей, как Таня обращалась с Настей. Анжела отдавала деньги, как Жилка и Дуся когда-то, а Ната тратила эти деньги на её содержание.

Анжела решила, что все её заработки будут принадлежать Нате, как это было в случае с Настей и с Марьяшей, но если отданных на хранение денег станет мало, они будут пополняться этими заработками. Чтобы не передумать, Анжела сама предложила написать долговую расписку на такую сумму, которую ей будет очень трудно, но возможно, вернуть — на полмиллиона долларов, срок действия которой ограничивался двумя годами.

— Ладно! Пока Марьяша работает, ты будешь меня на машине возить, будешь готовить, красиво подавать, уборку делать, как это Настя делала, в доме матери, где я буду питаться. А когда будет работа — будешь работать. Будешь обращаться ко мне, стоя на коленях, а если я к тебе буду обращаться, складывай ладошки, пригибайся и кланяйся головой, как Настя делает. Если не приказано ничего, делай то, что обычно делаешь.

Анжела сложила ладошки и покланялась головой, после чего пошла спать, поскольку приказаний не получила, а утром, приготовив завтрак себе, Вале и Нате, красиво подала, сама поела на кухне, а когда Валя и Ната наелись, вынесла посуду, вымыла её и пол на кухне. Подойдя к Нате, встала на колени и спросила:

— Госпожа, мне идти урок давать на Вашей технике?

— Конечно, иди! И старайся побольше учеников набрать! Только вернись за сорок минут до обеда, чтобы приготовить его.

— Слушаюсь, госпожа!

Встав, сложив ладони и поклонившись головой, Анжела пошла в дом Наты, где жила, позвала учеников, надела купальник, показала ученикам, какую технику брать, сама села на экскаватор и поехала на карьер.

— А я рекламу дала, с «уклоном» на мазиков, — засмеялась Валя.

— А я снова рекламу автосервиса дала! — засмеялась Ната. — Там теперь рабочие будут, а я им плачу, почти как на заводе.

— А мне чуреков пригонят, чтобы задарма работали. А Раке уже нагнали — они на фабрике в подвале живут, и работают там же, за похлёбку, — хохотала Валя.

После завтрака Ната около двух часов занималась в «качалке», потом упражнялась в акробатике с Виолой, с Настей и с Ракой, делая композиции для четырёх акробаток. Связавшись с предприятием и с автосервисом, Ната проложила тренировку, которую прервала Анет:

— Ещё один парень в ученики просится — местный и бедный.

— А веди его сюда!

Ната, Виола, Рака и другие «акробатки» продолжили тренировку, так что пришедший парень — выпускник школы, имел возможность наблюдать довольно красивые сложные позы, прыжки с поворотами и тому подобное. Ната поговорила с парнем; парень увлекался радиотехникой, и, за неимением денег, сам мастерил усилители, ремонтировал для себя старые магнитофоны. Ната выдала парню отпечатанный текст долговой расписки; парень согласился подписать её, заверить у нотариуса и придти с ней на урок. Ната продолжила тренировку до обеда.

Перед обедом вернулась Анжела; раздевшись и помывшись, она спросила у Вали, что и сколько готовить, и, получив указание, принялась готовить обед, который, разложив по тарелкам, красиво подала. Пообедав на кухне, Анжела унесла тарелки, вымыла их, сделала уборку.

— Что у тебя по плану? — спросила Ната.

— Занятия танцами на стёклах и урок хороших манер, госпожа!

— Иди.

— Слушаюсь, госпожа, — с поклоном сказала Анжела.

Ната снова связалась с базой — клиентов было много, но «ремонтники» справлялись. Ната вернулась в спортзал и продолжила тренировки, продавая ученицам советы. Две девушки, которые прежде высказали желание работать в на тяжёлой работе, до обеда брали у Анжелы урок, и узнали о её договоре. Эти девушки сейчас были здесь, и обратились к Нате с просьбой принять их в рабство, что, по их мнению, было интереснее и приятнее любой тяжёлой работы, ведь и её они хотели выполнять не ради мизерной зарплаты. Прислуга Нате пока не требовалась, но девушки могли приносить доход, если, конечно, они будут выполнять соответствующую работу. Они немного научились автомеханике, но в автосервисе было уже достаточно работников; радиотехнику они не знали, да и там работников теперь хватало. Ната отвела девушек в свою «рабочую» комнату, и побеседовала. Девушки не могли предложить полмиллиона. До сих пор девушки не были обозначены, но теперь надо сказать, что это были двадцатилетняя Лада и двадцатиоднолетняя Алеся.

Анжела приготовила ужин и обслужила Валю, Нату, Настю и Марьяшу. После ужина, мытья посуды и уборки, Анжела и Настя ушли на продолжение урока услужливости; Марьяша решала задачи по математике и по физике; Ната и Валя занимались в «качалке».

В пятницу Марьяша уехала с «ремонтниками», Валя поехала на стройки, а Ната, отпустив Анжелу давать урок работы на строительной технике, взяла «Ауди» и поехала на предприятие, успев до обеда заехать на базу. С завода Ната привезла корпуса для изделий «радиотехников», пять арбалетов и пневматических винтовок на пробу. К обеду пришёл ученик с распиской, и ещё одну ученицу Анет с такой же распиской отправила к нотариусу. Ната с Анжелой, с Алесей и с Ладой съездили к нотариусу, где Ната заверила расписки рабынь, а им и Марьяше выписала доверенности на «ПАЗ», на «батон» и на два грузовика. После того, как Анжела приготовила обед, обслужила всех и сделала уборку, Ната велела ей развести готовые изделия Торгашу и Лавочнику, взять неисправные изделия и купить детали.

Ната и Валя опробовали винтовки и арбалеты, стреляя в деревья, в банки и в птиц на территории «общины»; винтовки и арбалеты, действительно, били намного сильнее «чужих». Выполнив задание, Анжела получила разрешение продолжить уроки; урок танцев Ната дала сама, а затем до ужина занималась акробатикой.

В субботу с утра Анжела давала урок работы на строительной технике; Алеся на большом автобусе повезла гостей в магазины и на каменоломню; Лада работала и доучивалась на базе; там же Валя осваивала станки вместе со «станочниками». Вторая группа рабочих, которую учила Шпилька, уже самостоятельно выполняли «обычный» ремонт. Теперь имелась возможность на все выходные дни установить «дежурства», поскольку не только получавшие надбавку рабочие, но и получавшие долю от выполненной работы «вольные», хотели иметь выходные дни; было определено, кто будет работать в это воскресенье. Стоит отметить, что заработками Марьяши, «рабынь» и рабочих Ната не делилась со Шпилькой, а лишь выплачивала ей её половину отчислений, как от заработка «вольных»; то есть, Ната присваивала ту часть, которую получали «вольные», и свою половину отчислений. Ната оплатила Шпильке четыре урока для четырёх рабочих. Анет получала 20% платы за обучение радиотехнике, и за неимущих Ната выплачивала ей столько же; те, кто после обучения работал, получали 20% от «своей» чистой прибыли, а Анет — 10% от оставшейся части всей прибыли, поэтому в наличии постоянных работников Анет была заинтересована. Ната упражнялась в спортзале с Виолой, с Настей, с Ракой и с Циркачкой, после обеда «качалась» и танцевала. Суббота была объявлена рабочим днём на заводах и для работниц в автосервисе; рабочих на заводах стало недостаточно, но имелся хороший приток. К полудню вернулась Чурка; заехав посмотреть на строительство своего дома, она пошла в бытовку, разделась там, перекусила, взяла охотничьи приспособления, и пошла в лес, где отыскала Иру, Яну и Дашу. Ира доложила, что за время отсутствия Чурки Даша не скулила и не жаловалась; Чурка заплатила ей двести рублей, и охотилась до темноты.

В воскресенье работала только часть «ремонтников» и «строителей», включая Марьяшу; работавшие на заводе отдыхали. С перерывом на обед, во время которого прислуживала Нате и Вале, Анжела давала последний урок работы на строительной технике — следующую группу отобрала Валя, поручившая вести уроки своим рабочим; Валя и Золушка переняли опыт Наты для обучения неимущих. Алеся возила гостей в магазины Твери и на каменоломню. Лада выполнила задание и переночевала в своей квартире; позвонив Нате, получила разрешение переночевать ещё раз и вернуться в понедельник.

В понедельник «ремонтники» выехали на базу; Шпилька, Бяка и Люся отдыхали, Алеся и Марьяша работали на базе. Гости, освоившие трактора и силосные комбайны, убирали урожай на полях Золушки; Золушка наблюдала за ходом работ, разъезжая на белой «Чайке». После завтрака Анжела вымыла посуду, убралась на кухне дома Вали, до обеда делала уборку в доме Наты, готовила обед, прислуживала, вымыла посуду, сделала уборку в доме Вали и пошла на уроки Насти. После обеда приехала Лада; доставив на базу запчасти, она приехала в «общину», отчиталась перед Натой, вернула оставшиеся деньги. Ната с утра занималась акробатикой, после обеда связалась с базой и с предприятием, два часа провела в «качалке», а потом отдыхала. Ира, Чурка, Даша и Яна охотились в лесу, питались лягушками и рыбой, а ночевали в цистерне и в бытовке.

Утром Лада работала с «ремонтниками», Виола и Настя давали свои уроки, а Валя, Ната, Марьяша, Анжела, Бука, Эльвира и Алеся пошли на охоту, отдельно от группы Иры; опробовали на птицах и лягушках новые винтовки и арбалеты. Ната намеревалась оформить разрешение на огнестрельное оружие; то же собиралась сделать Чурка, а Рака и Света уже это сделали и приобрели оружие. «Охотники-2» сами выбрали очень трудный маршрут с посещением низин, где было особенно много живности, которую Эльвира и Алеся быстро научились жрать.

— Для рабов у меня будет испытание, когда вернёмся — надо будут съесть мышь живьём, — сообщила Ната.

— Натка, если они пройдут, то, может, «ритуал» совершим? — предложила Валя.— Девочки мне нравятся, и, к тому же, два года, видимо, поживут с нами.

— А как это будет — «подруги-рабыни»? — удивилась Ната.

— Ну и что?! Золушка была «подругой» и «рабыней». Лишь бы не были такими, как Танька — из-за неё мы так строго стали относиться к «ритуалу».

— А что — Танька?! Она тебе деньги оставила, и дочку в рабство отдала.

— А нахамила как?! Она же нас всех презирает!

— А что мы давно не прикалываемся? Такими же стали!

— Пойди, да поваляйся в свинарнике — вот и прикол будет!

— Надеюсь. Рабочих набрала, так, может, время теперь будет. Может, с рабынями какой прикол придумаем. Кстати, если с мышами получится, можно в Москве за деньги трюк такой показывать. Можно собрать зевак, предложить им скинуться, а потом — показать. Если готовы будут ещё раз заплатить — пусть рабыни сосок проколют, или щёку.

— Прикол забавный, но ты-то о деньгах думаешь! — засмеялась Валя.

— Сама меня скрягой воспитала!

— Нет уж — ты всегда такой была! Деньги и украшения — на первом месте! Вот и теперь — лимузины с водителем!

— А хуй ли мне? На «КАМАЗе», что ли, по делам ездить?! Кстати — внедорожник надо купить, «Патруль» или «Тойоту». И ещё я думаю о шестисотом — деньги-то получила от Золушки. Но всё же он — «мыльница», как и все современные машины. А «Ауди S-4» и без переделки гонял, а теперь гоняет, как «Порше», и выглядит хорошо, так и «Порше» на фиг покупать!

— А я бы запросто такие трюки показывала! — сказала Анжела.

— Я бы тоже смогла, — сказала Алеся. — Натка, а раз уж у меня денег теперь нет, можно мне за те деньги, которые я отдала, скорости в «Форд Скорпион» добавить?

— Мотор форсировать можно, а если двигатель менять — боюсь, те деньги раньше времени кончатся. Пусть тебе Анжела сделает, детали я тебе дам и своё изобретение; со всем этим скорости будет достаточно. Марьяшку я уговорю, и Ладу заставлю. Может, завтра в Москву съездим, и дадим там представление!

— Натка, а ты сама будешь трюки показывать, или только рабыни? — захихикала Валя.

— Может быть, — усмехнулась Ната.

— А я давала об себя сигарету тушить! — похвалилась Анжела.

— И я давала! — обрадовалась Алеся.

— А Марьяшке — не привыкать! — засмеялась Ната. — Между прочим, мы в Москве с девками немало так зарабатывали, но, конечно, ради прикола. И Юлька там была, и Зинка, и из наших институтов студентки были.

Пробыв в лесу до сумерек, «охотники-2» вернулись в «общину», а Ира, Чурка, Яна и Даша ночевали на берегу. Чурка хотела, чтобы Даша участвовала в «представлении» для её же пользы, хотела и сама принять участие; Ира тоже захотела участвовать — ради денег.

«Рабыни», Марьяша и Настя прошли тест с мышами; Ладе потребовалась беседа с Натой, наподобие той, какую Ната провела с Дашей. Утром пришли «охотники-1», и легко прошли тест.

— Побалую тебя, если вытерпишь эти трюки! — пообещала Чурка.

— А у нас хоть деньги какие-то будут, — печально улыбнувшись, сказала Ира Яне.

Чурка, Ира, Яна и Даша ехали на «Нисане» Чурки; Алеся с Ладой — на своём «Форде»; Валя и Настя — на «Волге», Анжела — на «Мерседесе», а Ната с Марьяшей — на «Члене». Ехали колонной, с включёнными фарами; первой ехала лихая Анжела, и задавала всем скорость в 190 по шоссе. Ната и Валя известили Игоря; Игорь обещал выслать съёмочную группу. Первое представление показала Ната с участием Марьяши; остальные учились. Ната дала всем инструкции, и группы разъехались, чтобы порознь собрать больше денег.

«Трюкачи» выбирали группу солидных людей, и предлагали собрать сумму около десяти тысяч, что зависело от величины группы и от трюка, и, когда сумма набиралась, показывали трюк — прокалывание губы, щеки, соска, поедание живой мыши. Все, кроме Вали и Наты, работали в открытой одежде — в купальниках или в топиках и шортах. Нате и Вале нужно было прятать мускулы; они предпочитали на спор приподнимать зад легковушек, толкать грузовики или держать на «мостике» жирдяев; поведение публики было таким же, каким было поведение тех продавцов, и ставки были такими же или даже выше. Приехавшая бригада ТВХ снимала такие споры «скрытой камерой» — материал получился комичным и интересным. Ната и Валя не спорили на машины, а только на деньги, и только тогда, когда были уверены в выигрыше. Остальные «трюкачи» показывали трюки с иглами, с окурками и с мышами; когда взятые из мышатника мыши и крольчата закончились, «трюкачи» скупили мышей, хомячков, тритонов, ужей и лягушек в зоомагазинах и на «Птичьем рынке». Чтобы не отпугивать съёмками такую публику, Ната просто сделала эти трюки перед камерой, а публике таких трюков не стала показывать — «спорщики» платили больше. Все группы старались не попадаться на глаза ментам, а если такое случалось, платили мзду, за что менты гарантировали безопасность. Так «трюкачи» работали до вечера, а потом разъехались по своимквартирам; Ира, Яна и Марьяша поехали на бывшую квартиру Марьяши. Больше всех заработали Валя и Ната — на спорах; много заработали и «рабыни». Даша выдержала это испытание, и довольная Чурка обещала, что на заработанные ею деньги побалует её вкусной едой, и муштровать будет теперь намного меньше.Довольна была и Ира — на заработанные за день деньги она могла прожить с Яной до весны. Игорь уже посмотрел видеозапись, и был доволен.

— Сами покажем, и в передачи продадим, которые на розыгрышах специализируются, а вы за всё гонорар получите! Хорошо же ты, Наташенька, придумала, и хорошо, что мне сообщила!

— А мы на несколько машин заработали сегодня, — смеялась Валя, — и завтра снова поедем! А Натке ещё «рабыни» кучу денег заработали!

— Только, автомобильные рынки на-потом оставим, но — до выхода передачи, — сказала Ната. — Там нас запомнят, и второй раз поспорить уже не получится. Зато, там можно больше заработать. Люди-то там богатенькие! Кстати, мне внедорожник нужен, только я хочу новый, а не подержанный, и — побольше.

— Если всё будет нормально, останемся на недельку, — сказала Валя.

— И Папика приласкаем! — засмеялась Ната.

Перед сном Валя и Ната ласкались с Игорем, утром поехали «давать представления». Днём Ната успела встретиться с представителем своего предприятия, приехавшего в Москву по делам, и с московским партнёром, а вечером с Игорем и с Валей посетила ресторан.

— Какие же мужики — дебилы! Не верят — и всё! — удивлялась Валя.

— А нам, бабам, это выгодно, — засмеялась Ната. — Так и будем их вечно в дураках держать!

— Это — древний обман! — сказал Игорь. — Давным-давно бабы собирались на совещания, а мужиков туда не допускали. И там они решали, как лучше им мужиков закабалить, и придумали: надо убедить мужиков, будто они, мужики, имеют превосходство, а потому должны баб защищать, и на войну ходить. Мало того! Они решили убедить мужиков, будто их сексуальная сила — большой дар, и будто мужики получают особое удовольствие от секса, и сделали мужиков сексуальными рабами, и вынудили всячески добиваться секса, а потом стали требовать плату за секс, ведь и мужья жёнам платят! Они заставили мужиков думать, будто они — прекрасны, будто ими восхищаться надо, будто они такие хрупкие, изящные, и мужики совсем запутались. А теперь бабы решили, что им выгодно все руководящие места занять, и те иллюзии у мужиков отнять, чтобы совсем в грязь вдавить. Я думал на эту тему передачу сделать, а стерва Ершова как-то вынюхала, позвонила мне, и грозила по судам затаскать, или просто изувечить! Ещё бы — как они позволят их тысячелетние тайны раскрывать?!

Валя и Ната стали жаловаться, какие плохие мужики на их предприятиях, что все они спились, что все они — идиоты, и т.п.

Ната подошла к администратору ресторана, поговорила, и он проводил её к хозяину; Ната показала ему кое-какие трюки и договорилась с ним о выступлении и об условиях, сторговавшись на 80% от своего дохода.

Вернувшись из ресторана, Валя и Ната приласкали Игоря, и уснули, а утром снова давали представления. В этот день Ната встретилась с Анет, доставившей радиотехнику для продажи, и выиграла в спорах много денег.

Чурка была очень довольна Дашей — девочка своей рукой прокалывала щёки, губы, соски и клитор; терпела тушение сигарет, жрала любую живность.Так же вела себя и Яна. Ира и Чурка не отставали от детей; «рабыни» трудились ударно. Марьяша и Настя тоже терпели всё; только Марьяша, работавшая в паре с Натой, позволяла тушить сигареты о лицо, ведь там уже было много старых ожогов. Один господин интересовался, сколько стоит отрезание второго уха; Ната назначила пятьсот тысяч баксов, и клиент отказался.

Вечером Валя, Ната, Настя, Марьяша и Игорь приехали в ресторан. Ната прошла к хозяину, предупредила, вышла на сцену, попросила публику «скинуться» по триста, и показала две позы. Затем попросила скинуться по тысяче; получив деньги, позвала Настю, и показывала акробатику в течение пяти минут; собрав по три тысячи, показала большую получасовую композицию. Работники ресторана приготовили стёкла; Ната попросила публику скинуться по пять тысяч; собрав деньги, девушки показали двадцатиминутный танец на стёклах. Продолжая собирать деньги, Ната держала жирдяев на «мостике», а Настя и Марьяша показывали трюки с иглами. Пока у публики оставались деньги, Ната и Настя показали получасовой «восточный» танец, а Настя — танец с плёткой; поток денег иссяк, и Марьяша добрала остатки, позволяя тушить об себя сигареты. Закончив выступление, Ната отдала хозяину 20% — очень большие деньги, и получила предложение выступить ещё. Объяснив, что дел у неё очень много, и что она сейчас больше развлекается, Ната сообщила, что бывает здесь, и при случае выступит; обещала ещё два или три следующих вечера с такими выступлениями на тех же условиях. Поздно уснув, Валя, Ната, Настя и Марьяша проснулись в одиннадцать утра и выехали на улицу, где работали, как обычно, а вечером снова поехали в ресторан, взяв с собой Игоря и Анжелу.

Ната, Настя, Марьяша и Анжела снова выступали; Анжела показывала танец на стёклах, танец с плёткой, терпела иглы, а Ната, Настя и Марьяша показали то же, что и в предыдущий день. Ната обещала дать ещё одно выступление в следующий вечер, а ещё — тогда, когда будет время и настроение. Девушки договорились с хозяином о выступлениях Анжелы, Марьяши и Насти до конца следующей недели на тех же условиях. От трюков с живностью хозяин отказался.

— Будет настроение — позвоните заранее, чтобы мы публику подготовили, — сказал хозяин. — Таких танцовщиц, таких фигур и таких трюков я ещё не видел!

На следующий день «трюкачи» работали, как и в предыдущие дни; Ната и Валя снова выигрывали споры. Вечером Ната, Настя, Марьяша и Анжела снова выступили в ресторане. Ната обещала ещё одно своё выступление.

Утром «трюкачи» работали на улицах, а Ната с Марьяшей и Валя с Настей — на разных авторынках, где Ната и Валя выигрывали ещё более крупные споры, а Настя и Марьяша показывали богатым господам свои трюки. На всех авторынках, как и на радиорынках, у Наты были знакомые ещё с того времени, когда она училась в институте и подрабатывала тюнингом. Выбрав, Ната купила себе новый большой внедорожник «Тойота» с «примоч­ками» для салона; купила такие же «примочки» для своего предприятия. Чурка и Даша уе­хали, а Ира, Яна, Анжела, Лада и Алеся устали уже от боли, но работали. Ната снова встре­тилась с представителем своего предприятия и с партнёром; провела полезные переговоры.

Вечером Ната дала ещё одно выступление в ресторане; некоторые посетители пришли специально, пригласили знакомых и приготовили деньги. Выступление Наты, Марьяши, Насти и Анжелы были такими же, но были дополнены новыми трюками, поскольку публика дольше могла платить. Ната рассчиталась и ещё раз побеседовала с хозяином.

В следующий день Ната с Марьяшей и Валя с Настей посетили ещё по одному крупному авторыноку; ещё остались авторынки и автосалоны, посещение которых Валя и Ната оставили до следующего раза, и надеялись, что пройдёт время, и на эти авторынки приедут другие господа, чтобы продать или купить технику, а те, кто уже это видел, может, им ничего не скажут из вредности. Решив возвращаться, Ната встретилась с Валей, с Алесей, с Ладой, и с теми, кто оставался до конца недели: с Анжелой, с Настей и с Марьяшей. Ната оставила им на всякий случай некоторое количество денег. Деньги, заработанные Настей, присвоила Валя, а то, что заработали Марьяша, Анжела, Алеся и Лада, забрала Ната.

— Хорошо повеселились! — радовалась Ната. — Даже не работа как будто была!

— Да, разнообразие! — соглашалась довольная Валя.

— Анжела, следи за Настей и за Марьяшей, и не забывай отбирать у них деньги, — сказала Ната. — Утром будете на улице выступать, а вечером — в ресторане. Звони мне каждый день, докладывай.

— Будет исполнено, госпожа, — сложив ладони, пригнувшись и склонив голову, сказала Анжела.

Одну из двух машин надо было оставлять, поскольку Марьяша, Настя и Анжела оставались, и вести её было некому. Ната ездила с Марьяшей на «Члене», и Марьяша справлялась с интенсивным движением на улицах Москвы, но Ната решила оставить новый внедорожник до следующего раза, а Марьяша должна была ездить с Анжелой на её машине. Лада не имела «прав», и возвращалась с Алесей. «Трюкачи» вернулись к девяти часам вечера. Лада приготовила ужин и обслужила хозяек, потом сделала уборку, а Ната и Валя, проведя час в «качалке», отдыхали.

— Не будет здесь забот — через недельку, может, опять съезжу, — сказала Ната.

— Ну и правильно! — сказал Валя. — Может, и я поеду.

— Рабов бы найти! — засмеялась Ната.

— У Золушки спроси — у неё одни рабы, — заметила Валя, — это у нас — только рабочие.

— Спрошу!

Ната пошла к Золушке.

— Да, могу продать! А лучше — возьми на два года бесплатно, но с условием, что научишь машину водить и «права» оплатишь. Пойдём, дам тебе девку бездомную, но молодую и красивую.

Золушка отвела Нату в барак для батраков, вызвала Фёклу, представила Нате.

— Возьму! Жить будет в моём доме, в подвале, и кормить буду, в зависимости от заслуг.

— Если научишь её математике, научишь в бумагах разбираться, отдам и на три года, а её потом сделаю управляющей. Так что, Фёкла, тебе есть смысл постараться!

— Ой, я уж постараюсь! — обещала Фёкла. — Только туго у меня с математикой было.

— Ната дуру научила, и если постараешься, то и тебя научит.

Ната отвела Фёклу в подвал, выделила ей комнатку, показала ванную, туалет и кухню. Сняв грязные лохмотья, оценила приятную внешность, и велела мыться.

— Завтра одежду получишь, и начнёшь учиться водить машину, — сказала Ната, и оставила Фёклу мыться.

Продолжение: трюкачи

Главная страница: рассказы

© Елена Белова 2004     astarota@mail.ru

Тексты не воровать!
Если хотите ознакомить с текстами своих читателей, лучше дайте им ссылку.